— …Но карьера Жульена Симоняна сорвалась из-за творческих порывов его первой любви. Фредерик Гиттеран выпустил автобиографическую книгу «Дурная жизнь»[42], где подробно описал не только свой сексуальный опыт с тайскими мальчиками: «У меня вошло в привычку платить мальчикам […] Изобилие молодых, очень привлекательных и мгновенно доступных мальчиков привело меня в состояние вожделения, так как мне больше не нужно было себя ограничивать или что-то скрывать». Он также в смачных подробностях изложил связь с сыном своего близкого друга, продюсера французских театральных проектов. Образовался дикий скандал. Эту главу тут же изъяли из книги. У Ротшильдов карьера Жульена закончилась, и его передали в качестве любовника от Гиттерана открытому гею, главе
— Благодарю вас, Семен Карломарксович. Вам, как приверженцу православных традиций, наверное, нелегко было нам всем это читать. — Президент помешивал ложечкой чай в граненом стакане с гербовым подстаканником и спокойно разглядывал международных клоунов, собравшихся за главным столом России. — Возможно, кто-то из собравшихся тоже хочет поближе познакомиться с остальными участниками. Ну, чтобы установить поистине равные и искренние отношения за сегодняшним ужином? Вы говорите, не стесняйтесь. Я-то уже ознакомлен со всеми, а вот Семен Карломарксович обязательно зачитает любую из анкет по первому вашему требованию для остальных участников банкета. Впрочем, мы обязательно разошлем эту папочку каждому из вас в качестве отчета нашего нового робото-управленческого центра
За столом царила мертвая тишина. Никто не проявлял любопытства. Двое, американец и индус, очевидно, молились про себя, беззвучно шевеля губами.
— Ни у кого нет вопросов, господа? Ну, я так и думал. Но я сейчас все-таки поделюсь с вами еще одной важной для всех присутствующих сегодня за столом информацией, которая, очевидно, повлияет на ход событий и здесь, сегодня, и в мире в целом. Я буду рассказывать, а вы меня поправляйте, если что не так. Сегодня такая интересная ночь, все можно поправить…
На этих словах Президента у Динки мороз пробежал по позвоночнику. И в ее голове вдруг, как полгода назад, явственно прозвучал тяжелый бас: «Последний звонок. Премьера, господа хорошие». Она вцепилась в руку Андрея, как всегда делала в последние двадцать лет в минуты опасности. Он спокойно улыбнулся жене и отобрал руки. Ему показалось важным в любой момент быть готовым к драке.
— Да, все-все можно поправить, — продолжал хозяин банкета, задумчиво рассматривая замерших гостей. — Полгода назад, в тот самый ужасный, катастрофический день, каждому из вас прилетело срочное предложение выступить на короткое время в роли главы своего суверенного государства в обстановке совершенной секретности и во благо своей Родины. Вам объяснили, что в наше турбулентное время информация о насильственной гибели главы государства может привести к непредсказуемым последствиям для страны и ее граждан: во-первых, официальный технический преемник в качестве прописанного законом какого-нибудь вице-премьера может быть не принят оппозицией и избирателями одновременно, и могут начаться революционные волнения, которые ну никак нельзя допустить. Весь мир на грани ядерной катастрофы… и так далее и тому подобное. Ну а во-вторых, ведь кто-то совершил это кошмарное злодеяние, это преступление против вашего народа — убийство руководителя страны! И с этим нужно разобраться как следует и «кинуть ответку», как у нас выражаются. А на это нужны время и спокойная обстановка внутри. Ну, вот вас и попросили побыть «лицом государства» на короткое время, а «мозгами государства» будет маленький наушник в вашем ухе, который 24/7 будет вам суфлировать, что делать и говорить, чтобы не провалить свою роль, из экстренно сформированного Объединенного Центра принятия управленческих решений, или
В этом месте японский гость молча поднялся со своего кресла и поклонился господину Президенту России. Тот ответил встречным поклоном и спокойно продолжал:
