В вашем последнем письме, – пишет он Мерсенну, – вы спрашиваете, почему я говорю, что скорость сообщается [телу] тяжестью – как единичная в первый момент падения и как двойная во второй момент и т. д. Я отвечаю, при всем уважении, что я имел в виду вовсе не это, а то, что скорость сообщается тяжестью как единичная в первый момент и вновь сообщается той же тяжестью как единичная во второй момент и т. д. Однако единичная в первый момент и единичная во второй дают двойную, и единичная в третий дают тройную, и таким образом [скорость] возрастает в арифметической прогрессии. Тем не менее я полагал, что достаточно обосновал это, исходя из того, что тяжесть всегда сопровождает тела, в которых она присутствует; и она может сопровождать тело иначе, чем постоянно увлекая его вниз. Также если мы предположим, к примеру, что кусок свинца падает вниз благодаря силе тяжести и что с первого момента от начала падения Бог отбирает тяжесть у свинца таким образом, что после этого кусок свинца не более тяжел, чем если бы он был из воздуха или из перьев; этот кусок продолжал бы опускаться, особенно [если бы он находился] в пустоте, ведь он начал опускаться; и нельзя указать никакой причины, почему его скорость бы уменьшилась, а не возросла. Однако если через некоторое время Бог вернул бы этому куску свинца его тяжесть, причем лишь на мгновение, разве сила тяжести не тянула бы свинец [вниз] так же, как в первый момент? То же можно сказать о других моментах. Отсюда, безусловно, следует, что, если бы вы уронили мяч in spatio plane vacuo282 с высоты 50 футов, из какой бы материи он ни состоял, ему всегда будет требоваться ровно в три раза больше времени, чтобы пройти первые 25 футов, чем оставшиеся 25 футов. Но [нахождение] в воздухе – это совсем другое дело…
Это новое объяснение, по правде сказать, не прибавляет ничего нового к тому, что Декарт говорил Мерсенну в предыдущем письме. Отметим еще раз, насколько близка декартовская идея к теории импетуса: тяжесть – это вспомогательная причина, которая тянет тело вниз! Это идея Бенедетти в чистом виде283. Отметим также, что Декарт, кроме того, добавляет:
Следует помнить, что мы допустили, что тело, однажды приведенное в движение, в пустоте будет двигаться вечно, и я собираюсь доказать это в своем трактате;
отметим, наконец, что в том же самом письме, упоминая Бекмана, Декарт произносит:
так же как и я284, он допускает, что нечто, что однажды начало двигаться, будет продолжать двигаться благодаря собственной силе (sua sponte), если его не останавливает некая внешняя сила, и, стало быть, в пустоте оно будет двигаться вечно…
***
