их движения не претерпевают воздействие движения Земли, как это происходит с перемещениями тел вследствие движения корабля; ибо они не стремятся ни к какому участку эфира, но лишь притягиваются под-лежащей плоскостью Земли посредством магнетических цепей480.
Очевидно, что Кеплер не признает чисто механической точки зрения, принимаемой Бруно; он не признает, что движение длится и продолжается в движущемся предмете; наконец, он не признает, что факт участия в общем движении порождает связь между вещами и отделяет –
Следует признать, что это, ко всему прочему, вполне согласуется с опытом и здравым смыслом: как еще объяснить, что необходима сила или усилие для того, чтобы заставить тело двигаться, и что эта сила должна быть пропорциональна телу или его массе? Как, если бы материальное тело было индифферентно к движению и покою, можно было бы помыслить, что необходимо
И как можно отрицать, что движение в куда большей степени, чем покой, нуждается в объясняющей его причине? Действительно, никто, быть может кроме Декарта, никогда не задавался вопросом, почему в мире существует покой; все, напротив, всегда искали причину или источник движения. Никто – кроме Декарта – не додумался сформулировать понятие количества покоя; все всегда говорили лишь о количестве движения.
Кеплер никогда не менялся в этом отношении. Он вполне мог перейти от витализма или космического анимизма к «физической» концепции; он вполне мог геометризировать материю вплоть до того, чтобы лишить ее как таковую всякой склонности к движению, но он никогда не признавал онтологического равенства движения и покоя и индифферентности материи в отношении одного и другого. Инерция всегда оставалась для него силой,
И вновь перед нами появляется знаменитый аргумент о телах, подброшенных в воздух481:
