Этногенез в аспекте географии полностью

Согласно общепринятой теории эволюции род Homo появился в начале четвертичного периода в нескольких разнообразных формах гоминид, возможно следовавших одна за другой, хотя, может быть, иногда сосуществовавших. Подобно своему предполагаемому предку – австралопитеку гоминиды были крупными хищниками, не чуждыми каннибализма, и, следовательно, в биоценозах занимали верхнюю экологическую нишу. К концу последнего оледенения все ветви этого рода вымерли, за исключением только одного вида – Homo sapiens, т. е. современного человека. Однако последний распространился по всей суше планеты, затем, в исторический период, освоил поверхность гидросферы и произвел на Земле такие изменения, что ныне всю ландшафтную оболочку Земли справедливо называют антропогенной[прим. 1]. За исключением полярных льдов, нет области, где не было бы археологических памятников каменного или железного веков. Мы находим палеолитические стоянки в пустынях и джунглях, неолитические – в тундре и тайге. Это указывает на былую заселенность регионов, позже оставленных человеком и вновь осваиваемых ныне с применением машинной техники. Конечно, за истекшие 17 – 20 тысячелетий климатические условия в разных районах менялись, но остается фактом, что вид Homo sapiens, в отличие от других видов позвоночных, не ограничился определенным ареалом, а сумел приспособиться к разнообразным природным условиям, что по праву ставит его на особое место в экологии позвоночных.

Адаптация шла по двум направлениям: 1) человек приспосабливался к новым природным условиям, менял свой способ хозяйства и, следовательно, вырабатывал новый стереотип поведения; 2) человек приспосабливал природу для себя, создавая вторичные, антропогенные геобиоценозы, согласно отработанному стереотипу поведения. В естественных условиях оба процесса переплетаются, но для целей анализа их целесообразно рассматривать порознь.

Первоначально человек больше воздействовал на фауну. В интересной статье М. И. Будыко показано, что в степях Евразии мамонта истребили палеолитические охотники на крупных травоядных[1, стр. 28-36]. Эскимосы расправились со стеллеровой коровой в Беринговом море; полинезийцы прикончили птицу моа в Новой Зеландии; арабы и персы путем постоянных охот вывели львов в Передней Азии; американские колонисты всего за полвека (1830 – 1880 гг.) перебили всех бизонов и голубей[2, стр. 54-55], а австралийские – несколько видов сумчатых. В XIX-XX вв. истребление животных уже превратилось в бедствие, о котором пишут зоологи и зоогеографы столько, что нам нет необходимости останавливаться дальше па этом предмете. Отметим, однако, что хищническое обращение человека имело место при всех исторических формациях и, следовательно, вряд ли может рассматриваться как результат особенностей социального прогресса. Проверим наши соображения на другом материале.

Перенеся свои действия на флору, человек произвел еще большие деформации природы. Оседлое скотоводство, при котором большое количество скота скапливается на относительно небольшом пространстве, ведет к обеднению фитоценоза. Особенно радикально действуют козы[2, стр. 154-158]. Они весьма помогли древним римлянам и эллинам уничтожить в Средиземноморье лес из жестколистного дуба и сосны, который заменился вечнозеленым кустарником – маквисом. В Аттике этот процесс завершился уже в V веке до н. э.[2, стр. 37]. При Карле Великом 2/5 лесов Франции были уничтожены, а земли распаханы. Процесс воздействия французов на природу несколько замедлился после падения Каролингов, но с XI века возобновился и идет до сих пор[2, стр. 39]. Интенсивное земледелие вызывает более или менее усиленную эрозию почв. Для сноса 20 см почвы, например, в Америке требуется: в лесу – 174000 лет, в прерии – 29000 лет, при правильном севообороте – 100 лет, при монокультуре кукурузы – 15 лет[2, стр. 137]. Эрозия порождает обнажение коренных пород и пылевые бури, первая из которых в США 12 мая 1934 г. превратила поля и сады восточных штатов в пустыню[2, стр. 166]. О последствиях уничтожения китайцами лесов в бассейне Хуанхэ мы говорили в другой связи[3, стр. 101-103]. Даже тропические джунгли Бенгалии и Юкатана взросли на переотложенных почвах, заброшенных земледельцами. Теперь стены древних храмов оплетены лианами, а массивные каменные плиты пробиты насквозь прорастающими нежными травами и даже грибами. И опять то же самое: при всех формациях человек деформирует природу. Очевидно, это ему свойственно.