— Что от нас требуется? — нахмурив густые чёрные брови, спросил мужчина в синем пиджаке. — Деньги? Сколько?
— Демид Семёнович, в настоящий момент для завершения серии опытов необходимо порядка пятидесяти миллионов евро. Стройка нового резервуара в этом краю обойдётся недёшево. Нужно также учитывать фактор секретности. Подбирать людей нужно грамотно. Опять же, доставка стройматериалов, комплектующих для нейтринного и протонного детекторов, самих рабочих должна быть максимально скрытной. Никаких дорог, никаких ЛЭП. Только подводное и воздушное сообщение.
Заговорили о деталях, в этот момент рядом с большим экраном на панели с пищанием заморгала лампочка, на экране появилась надпись «Срочное сообщение». Извинившись, Антон отошёл к коммутатору и прочёл сообщение.
— Прошу прощения, я вынужден пока закончить нашу небольшую лекцию, у меня э… один из экспериментов требует срочного вмешательства. Никита Сергеевич с вами пока пообщается. — С этими словами коротышка быстро вышел из помещения, по пути незаметно тронув за плечо нескладного человека, до сих пор не проронившего ни слова.
Хватая ртом воздух, Андрей вывалился из вентиляционной шахты обратно в коридор.
— Ты можешь объяснить, в чём дело? Что там было? — Матвей пытался шёпотом заорать на напарника, — Бежать надо? Куда? Зачем?
— Давай пока свалим подальше, объясню по пути, — хрипло пробормотал сыщик, вставая на ноги. Он никак не мог прийти в себя, и зашагал прочь, удаляясь как можно быстрее от страшной шахты.
Они снова попали в лабиринт коридоров, Матвей нагнал сыщика на очередном повороте и дёрнул за рукав. Рядом оказалась какая-то дверь, и охотник, не раздумывая толкнул её. Затащив Андрея в комнату, он понял, что им наконец-то повезло. Это был санузел с душевой, и мужчины бросились к раковине. Утолив жажду и приведя себя в относительный порядок, Андрей решился:
— Матвей, слушай, я в общем не знаю, но это как бы… короче, не знаю я, как сказать! — от волнения он стал косноязычным, — я видел чудовище. Вот так. Оно пожирало человека, но не ртом, а будто оплело его!
— Как паук что-ли? — недоверчиво уточнил охотник, — паутиной?
— Нет, — перед глазами всё ещё стояло кошмарное зрелище, багровая масса склизких щупалец, толстых и тонких, сплетённых в тугой комок, щупленькое тело, утонувшее в них. Один из отростков исчезал во рту человека, руки и ноги судорожно дёргались. — Скорее осьминог, как из фильма ужасов.
После рассказа сыщика Матвей призадумался и наконец изрёк:
— Ясно теперь всё. Они тут чудищ выращивают и в реки наши выпускают, чтобы они нас пожирали. Вот твари! Ты сфотографировать успел?
Андрей мрачно взглянул на него и протянул телефон:
— Любуйся, он у меня в руке был, когда я к решётке подполз, включенный уже. Я на автомате щёлкнул один раз, даже смотреть не хочу, что там получилось, — он сплюнул на пол, — до сих пор блевать тянет, эту базу грёбаную взорвать надо к чертям собачьим…
— Это что?! Что? — Матвей с перекошенным лицом оборвал бормотание сыщика, — ты знаешь кто это? Знаешь? — Андрей изумлённо покачал головой, — это Медведь! Который пропал! В его избушке мы ночевали, а он тут, оказывается! И что это за тварь? Ничего не разобрать на фотке твоей, только что-то розовое. А лицо видно! Лицо! Его это лицо, ты понял?
— А ну тихо! — Сыщик встряхнул Матвея, — не дай бог тут кто мимо шарахается, теперь я не знаю, чего вообще можно ждать от этих людей. Последнее, что я услышал в той комнате, слова про какой-то эксперимент. Как бы нам не попасть в число испытуемых, как твой Медведь. Он, может, видел что-то или слышал, жил ведь не так уж далеко. Вот его и загребли…
Охотник потёр с силой лицо ладонями, встал, умылся. Взгляд его стал осмысленным, и он заметил:
— Скорее всего, в чём-то ты прав. Только одного мы не знаем, зачем всё это? Ведь должна быть цель, ты подумай сам. Построить такой комплекс внутри гор, это тебе не куличик из песочка слепить.
Хлебавший в очередной раз воду сыщик обернулся, утирая лицо:
— Для этого я здесь, и я узнаю это, будь уверен.
Хрясь! Красные капли разлетелись и осели на стене. Удар был далеко не первым, и Юрий «поплыл», перед глазами заплясали яркие пятна. Он даже не пытался защищаться, понимая, что шеф в бешенстве. И виноват он сам, как ни крути.
— Ты, сучёныш, кого на работу берёшь? Таких же гондонов бесполезных, как и ты? Кто меня уверял, что у нас безопасность на уровне? Кто систему видеонаблюдения устанавливал? А?! Кто уверял, что внутрь мышь не проскочит? — Мужчина, представившийся всем Иваном Петровичем, в бешенстве вскинул руку для очередного удара, — а может ты с ними в сговоре? — он с наслаждением впечатал кулак в лицо Юрия. Тот обмяк в кресле.
— Хватит, Гоша, — доктор Антон Иванович Лесниковский поднялся, — он нам пока нужен.
Тот в бешенстве обернулся к учёному:
— Ещё раз назовёшь меня так, я и тебя на фарш пущу! Думай своей башкой, прежде чем балаболить!
— Ну подумай сам, он наш единственный безопасник, нам надо этих… ловить. А кто это должен делать? Я?
