В разнообразных раздумьях и прошел весь мой оставшийся вечер. На планерке я снова стоял на своем привычном месте – напротив Фостера, который о чем-то странно задумался и ни на кого практически не смотрел, погрязнув исключительно на просторах своей заплетенной головы. Без него было неимоверно скучно, и я невольно пытался словить на себе его колючий, хамский взгляд, чтобы в привычной форме его отзеркалить, потому что так ежевечерние сборы проходили хоть чуточку веселее, а сейчас Фостер будто засыпал на ходу.
– Почти через неделю уже будет большой концерт для китайских первокурсников, и от нас требуется несколько номеров. Песни все выучили? – заинтересованно проговорил мистер Уайт, а толпа в ответ неодобрительно загудела.
Но в итоге все покорно начали петь, когда поступил на то приказ от вышестоящей инстанции в лице нашего лаоши. Я лишь для вида открывал рот и силился не ржать, потому что с этими песнями у меня тут же ассоциировались шуточки Джека, смешной голос учителя Сюэ, то, как она шваброй вытирала записи с доски, да и вообще само наше непревзойденное исполнение оставляло желать лучшего. А пока мы пели, я детально обдумывал свой индивидуальный номер, которым планировал всех невероятно поразить, так что пора мне уже начинать репетиции и тренировки.
Сара виновато глядела на меня, но я старался вообще на нее не реагировать, прямо как и на безразличного козлище, которого, кстати говоря, уже несколько минут беспалевно где-то сзади щупала бессовестная Роуз. Опять хотят начинать свою второсортную порнушку транслировать? Блин, сейчас лично у меня совершенно нет настроения на подобные вещи, хотя, по сути дела, меня как бы никто и не заставляет все это смотреть..
Вновь покосившись в их сторону, я вдруг вспомнил про его больную спину, которую сейчас поглаживала блондинка, вызывая на хмуром лице Фостера кривой оскал, который был бы даже не заметен, если бы я не знал деталей, и с силой закусил губу. Я бы на его месте точно не встал после такого полета..
Петь перестали. Получили жесточайший разгон за то, что не все знают слова, а я стоял, поджав слегка выпяченные губы и осторожно прикрыв рукой засос, из-за чего чмище вдруг широко заулыбался, когда это увидел, так и травя меня своим издевательским взглядом. Неужели.
Я тут же недовольно поглядел на него в ответ, но отвел глаза все равно первым. Стыдно.. Как он мог так парня облапать и обслюнявить?! Ладно, сначала было задание, с этим я уже смирился, особенно когда сам поучаствовал в игре. А тут! И его это даже ничуть не смущает!
Вдруг я громко ахнул от молниеносно поразившей меня догадки. А что, если он – гей?!
Я вперился в него ошалевшими этим прозрением глазами, внимательно разглядывая чмище, будто свыкаясь со своей гипотезой, и резко отвернулся, когда он внезапно словил мой потрясенный взгляд. Да нет. Не может быть, у него же столько девушек уже было.. И сейчас есть, а у геев, походу, на девушек вообще не поднимается даже. Он, наверное, просто не заморачивается, если случается вот такой форс-мажор. Совсем. А я так не умею. Стив умеет. И Фостер. Опять, сука, везде этот гадкий Фостер!
Эти тяжелые, изматывающие мысли не покидали меня прямо до ухода ко сну, а ночью мне вообще снилось, что этот плешивый козел из-за меня слетел с огромной, кажущейся бесконечной лестницы. Я снова звал его, отчаянно кричал, что знаю, что он прикидывается, а он все равно так и не очнулся, из-за чего я вообще расстроился и даже, как девчонка, над ним заревел.
В итоге, с утра я встал до безумия сонным, разбитым и крайне недовольным, и это был первый раз, когда говнюк пришел из перенасыщенной им реальности еще и в мой сон. Мне где-нибудь дадут от него отдохнуть или нет?
Зарядка. Сегодня нас шестеро, в том же составе, что и позавчера, только еще и плюс чертовски злой Коулман. Все остальные сладко и безмятежно спят. Вообще я, как всегда, подошел самым последним, когда все уже начали делать разминку, и, буркнув приветствие, все же приплюсовался к кучке самых спортивных ребят нашей группы. Предпоследним теперь стал Фостер, и я, недовольно хмыкнув, скосил внимательный взгляд в сторону ночного кошмара, стоящего буквально по левую руку от меня.
– И какого это хрена ты сюда приперся? – не превышая разрешенной громкости, поинтересовался я, разминая руки вслед за учителем, а усмехнувшийся ушлепок смерил меня своим непонимающим, лукавым взглядом.
– Волнуешься за меня? – игнорируя мой вопрос, спросил он, а я оскорбленно фыркнул в ответ и закатил глаза.
– Обойдешься, – моментально потеряв к Фостеру всякий интерес, я мельком глянул на других присутствующих, чтобы на него так сходу лишний раз не разозлиться.
