А если я его в городе где-то потерял? Хрен тогда найду! Так.. тогда, может, в кармане? Приподнявшись, я с обжигающей надеждой торопливо проверил карманы джинсов. Пусто..
И тогда я расстроился еще больше. Я то мамин подарок потеряю, то Браунский.. Встав с кровати, я принялся раздеваться, все еще обдумывая всю сложившуюся ситуацию, включая и новую потерю, и Фостера.
Так.. все считают, что я – педик. Что я в этой ситуации теряю? Репутацию, возможность замутить с девчонкой в общаге, нормальное общение.. и целую кучу нервных клеток. Отличный набор.. А что приобретаю?
Я снова надел свои черные короткие шорты, собираясь перед сном еще пару раз прогнать свой номер уже под музыку, которую еще надо на компе поискать, все равно ведь мне сейчас не уснуть.. Я просто не смогу этого сделать.
А приобретаю я уже другую репутацию, неисчислимую массу противных, любопытных взглядов, вероятно, другое общение с девушками, но без сексуального подтекста! Но как так?! Можно подумать, что девушки не хотят трахнуться с геем! Это, наоборот, как бы.. специфический комплимент девушке, что с ней даже гей переспал.
Блин, докатился! Уже говорю о себе, как о голубом! Да чтоб провалился тот, кто пустил этот чертов слух про меня! Языки бы у всех поотсыхали!
Нервно фыркнув, я взял в руки швабру, воображая, что это сабля, и пригрозил ею невидимому противнику в сторону окна. Ненавижу этих дряней, которым нечем заняться! Так ведь легко испоганить хорошую репутацию, а заработать-то попробуй сначала!
Я вдруг ахнул от новой светлой догадки о потерянном кольце, поспешно бросил швабру на пол и, схватив ключи, вылетел из комнаты. Быстро миновав пустой коридор, я поднялся на этаж выше, перепрыгивая через три ступеньки сразу, и уже только когда постучал в дверь, заметил, что обут я в комнатные шлепанцы, а на мне надеты мои запретные короткие шорты. Твою ж..
Дверь открылась хоть и не сразу, но первое, что я увидел за ней – это жутко сонный, помятый Чмостер. Опять в одних трусах. В красных.
Так! Напоминание! Окончание практики, обратный перелет, небольшой отдых и… тренажерка! Сука.. какой шикарный пресс, наверное, невероятно твердый и упругий на ощупь.. И что это ты так на меня пялишься? И что, что уже двенадцатый час ночи?
– Я ненадолго, – только успел прохрипеть я, все еще с завистью глядя на его потрясные мышцы, как вдруг отворилась дверь неподалеку, и оттуда вышла Сара, одетая в тонкую голубую пижаму.
Она ошалело осмотрела мой сногсшибательный прикид, даже рот раскрыла от внезапности и шока. Чувствуя, как у меня нещадно покраснели от стыда щеки, я уже хотел было технично свалить обратно к себе, забив на всякие забытые кольца и все прочее, как меня, лишив такой заманчивой возможности отступить, прямо за руку втянули внутрь комнаты и закрыли дверь.
– Билл..
– Иди в жопу, Фостер, я за кольцом, – тут же недовольно выпалил я и уверенно посмотрел в сторону окна, на котором, как всегда, были плотно задернуты шторы. Темнота-то у них какая..
– Ээ.. Извини, детка, но я пока не собирался на тебе жениться, – усмехнулся он, отрывисто и грузно закашлявшись, и прошел следом за мной вглубь комнаты, поскольку дожидаться его разрешения я уже не мог.
– Так я и согласился, – криво съязвил я в ответ, отмечая, что он все-таки неплохо ориентируется, когда надо вовремя шуткануть.
Как бы он меня ни бесил, но иногда этот ушлепок может заставить меня улыбаться своим дебилизмом. Так, я, похоже, положил свое кольцо на подоконник.
– Свет вруби, я ни хрена не вижу.
Мое требование сразу же было выполнено, и я, подскочив к окну, увидел свою драгоценную потерю – перстень одиноко лежал с левой стороны подоконника, именно там я и стоял сегодня днем, когда увлеченно и нервно размышлял о том, кто меня подставил.
– Ура, ура, ура, – радостно воскликнул я, счастливо надевая кольцо на палец.
С лучезарной улыбкой облегчения развернувшись, я увидел, что чмище стоит от меня в нескольких шагах и, слегка дрожа, внимательно смотрит на меня, от чего мне тут же стало неуютно. Я в таком вызывающем прикиде к нему пришел, да еще и ночью..
– Все, я сваливаю, можешь спать дальше, – бросив короткий взгляд на его развороченную кровать, я снова повернулся к Иксзибиту и окинул его неловким взглядом.
– Ну, спасибо, бля, что разрешил, – пробурчал он, когда я проходил мимо него, а он снова кашлянул и, шмыгнув носом, поежился.
– Да ладно, мне не жалко, – остановившись, с усмешкой хмыкнул я и еще раз осмотрел его помятое, замученное лицо. – Какого хрена голый ходишь, раз тебя морозит? – зачем-то спросил я и, толком не подумав, быстро потянулся к его лбу, а когда опустил на него свою ладонь, то едва не обжегся, чувствуя кожей его высокую температуру. – Нихера себе! – ахнул я от этого открытия, но Фостер лишь блаженно выдохнул, прикрыв глаза и откровенно балдея от моего прикосновения.
Смутившись и осознав, что я творю, я тут же отдернул руку.
