– И ты его трахнул? – напрямую спросил я, толком не подумав, и тоже весь сморщился, стоило только представить их вместе. Бе.. это ни разу меня не возбуждает почему-то..
– Билл, ты че, с ума сошел? – пораженно выдохнул Фостер и засмеялся еще громче, хлопнув себя по коленям. – Я встречался только с девушками, – заверил он и снова открыто взглянул на меня, все еще продолжая улыбаться.
– А что тогда?
– Ну, я пытался ему как-то мирно объяснить, что мне на него похуй. Да он такое о себе возомнил, что даже я удивлялся, – он махнул рукой и цинично усмехнулся, так же, как и я, вытягивая вперед ноги.
Я смотрел на извилистые косы, необыкновенно тянущиеся от его висков и лба, тоннели в ушах. Мне вдруг захотелось протолкать в них свои пальцы и дернуть, так, для прикола, а заодно я опять рассматривал и его лицо. Майк, конечно, хоть и не страшный, но чмище все равно намного симпатичнее, на мой взгляд.
– И че, он до сих пор лезет, что ли? – с недовольством в голосе спросил я, тут же отворачиваясь к воде, когда вдруг столкнулся взглядом с его блестящими, карими глазами.
Шумно сглотнув, я нахмурился, не зная, кому теперь мне все-таки поверить.
– Не, я нашел способ качественно его отвадить, – он проговорил это такой однозначной интонацией, что даже мне стало не по себе.
Что, интересно, он сделал ему? И правда ли это вообще?
– Какой? – любопытства мне, что уж таить, не занимать, и сейчас мне очень даже интересно его выслушать, но вот только меня крайне напрягало, что их старые разборки как-то касались сейчас меня, хоть и косвенно.
– Детка, это не для твоих невинных ушек, – Фостер лукаво подмигнул мне, а потом задумчиво посмотрел на мои вытянутые ноги, закусив губу и прищурившись.
– Да ладно, давай, – я усмехнулся подобному ответу и выжидающе сложил руки на груди. Хочу знать все.. Я ведь должен во всем разобраться!
– Я тебе потом скажу, – уже тверже и непоколебимо возразил Фостер, а я надулся. – Ну, – выдохнул он, пошевелившись, и в его карманах вдруг зашуршали купленные им лунные пряники. Он сразу же достал один, принимаясь читать этикетку при слабом зеленом освещении. – Он, видимо, до сих пор на меня сердится, кто его знает. С ним вообще лучше не общаться от греха подальше.
– Охренеть.. – протянул я, покачав головой, и я так и не знал до сих пор, кому мне в конечном счете поверить.
Я косо посмотрел на Чмостера, отмечая, что он чем-то вдруг загрузился, склонив голову, и замолчал.
Так.. надо проанализировать все случившееся хоть как-нибудь. Их старые разборки как-то касаются меня, Майк хочет со мной дружить, но не хочет пересекаться с чмищем, поэтому хочет отвадить его от меня. Допустим, оба правы только частично, но.. А что если.. если Майк его ко мне ревнует?! Оу..
В любом случае выходит, что один из них мне в чем-то врет. Кто именно? Почему-то хочется поверить Фостеру, а не Майку, но где доказательства? Хотя бы чисто логически? Том смотрел мне в глаза, когда рассказывал все это, а Майк глядел в пол. Не показатель, все люди разные, да и из меня психолог так себе..
– Че загрузился? – не вытерпев гнетущей тишины, которая так негаданно обволокла нас своими безмолвными оковами, снова задал вопрос я, не задумываясь толком о том, что я опять веду с ним задушевные беседы.
На нас иногда находит, причем.. разное. Помолчав еще полминуты, он негромко заговорил:
– Не важно.
– Чтобы ответить это, надо было думать три часа? – я изнеможенно всплеснул руками, а потом прижал к себе правую ногу, обхватывая ее, и уткнулся в нее подбородком, прикрывая глаза.
– То, что ты сказал мне вчера.. – все-таки продолжил он, а потом, слегка ткнув меня в колено, протянул мне тот самый лунный пряник, который я все же неуверенно взял.
Сейчас-то мы просто так затарились этими пряниками, а по идее их в Китае дарят в знак пожелания благополучия, крепкой дружбы и даже симпатии.
– Спасибо, – брякнул я и задумался, вспоминая все, что я тогда ему сгоряча сказал, когда он пришел отдать мой телефон. – Да выбесил ты меня, Фостер, вывел просто страшно!
Точнее, рассказ Майка, который я выслушал до этого и просто оброс новой неприязнью к этому доставучему Фостеру.
– Я думал, убью тебя на месте, – чмище горько усмехнулся, опуская глаза на свои кроссы.
Да что вы говорите.. А что тогда ничего не сделал-то в свое оправдание?!
– Потому что ты, блин, сказал всю правду до единого слова, – он достал еще один юэбин и, распечатав, резко вцепился в него зубами, а я ошеломленно раскрыл рот, резко почувствовав себя как-то неуютно, хоть за правду бить и не должны.
Я, выходит, реально ударял вчера по самому больному, что вышиб из равновесия даже этого закрытого для всех человека.
– Друзей у меня никогда не было, да и не будет, похоже, – он беспечно махнул рукой, как будто давно уже со всем этим смирился, а мне было все неудобнее и тяжелее рядом с ним сидеть.
Фиг знает, в любой непонятной ситуации ведь лучше всегда куда-нибудь свалить, но тут.. Я особо далеко и не уйду с моей травмой.
– Всем нужны мои деньги, а когда меня в участок загребали уж в который раз, так эти хваленые «друзья» резко куда-то испарялись.
