– Билл, – окликнул меня теперь уже Браун, и, похоже, парни непонимающе переглянулись за моей спиной. Потом они оба подошли ко мне, обступив с обеих сторон. – Хватит молчать! Объясни, блин, в чем дело..
Так и не решаясь говорить, я нервно засмеялся, постепенно и в то же время мгновенно заполняя комнату своим ненормальным, будто пьяным, хохотом. Качая головой, я безнадежно закрыл лицо ладонями, тихо сотрясаясь уже в безмолвном смехе, который неудержимо из меня так и рвался, выплескивая пережитый негатив наружу, а потом я вдруг почувствовал, что угодил в крепкие объятия.
Фостер совершенно не стеснялся Стива, который напряженно замолчал, а мне уже хотелось оттолкнуть от себя эти руки, хоть через них я и чувствовал непонятную и так мне необходимую поддержку. В то же время меня сейчас неимоверно бесил тот, кто так бережно обнимал меня, и отчего-то снова стало безумно противно.
– Я тебя обидел чем-то? – мягко спросил Фостер, словно говорил с ребенком, а не со мной, и я вскинул на него свой недовольный, будто колющий ржавыми гвоздями взгляд. Обидел, блять?!
Уж теперь-то мне хотелось сказать ему многое, но слова, как назло, так и не срывались с языка, какой-то комок удушливой обиды и бесконечной неприязни в горле мешал это сделать. Вдруг смятенный моим молчанием Фостер посмотрел на мою изуродованную шею и настороженно нахмурился.
– Че это? – недовольно прошипел он, и вся забота и волнение будто одним махом стерлись с его бархатного голоса, превращая его в нерушимо стальной и дьявольски злобный. Резко подняв одну руку, он одним настойчивым нажимом заставил отклонить голову в сторону.
Я желчно усмехнулся, мимолетно признав это поведение за проявление ревности, и коротко взглянул на ничего не понимающего Стива, который пытался заглянуть и тоже посмотреть, что так напрягло Фостера.
– Пусти, – бесцветно бросил я, передернув плечами в его руках, и закрыл глаза, с силой поджимая губы.
Неприятные, рождающие новую ненависть воспоминания о том, как меня зажал Майк, о его будто липких прикосновениях, влажных ладонях снова нахлынули на меня, а тех выпитых четырех глотков алкоголя, определенно, не хватило, чтобы мне было плевать на случившееся сейчас. Я снова скривился в отвращении.
– Рассказывай! Откуда засос?! – властно приказал он, громоподобно заполняя комнату своим голосом, и Стив тут же завозмущался, от чего мне даже как-то теплее стало на душе:
– Не ори, блять, на него! – Стива хоть и коробило сейчас от того, что ему приходилось видеть, но он все равно успевал за меня заступаться и пытаться оттащить психанувшего Фостера от меня.
Тот недовольно фыркнул на Брауна, но потом лишь крепче меня обнял, легко проводя рукой по волосам, перебирая их пальцами. Он снова становился прежним, а я медленно и глубоко вдыхал его головокружительный запах. Чертов псих. Ладно.. Отмазаться, чувствую, теперь будет сложно. Да и смысл?
– Это.. – неуверенно и даже смущенно начал я и все же расслабился, даже неуверенно положив руки на его талию и крепче сжав пальцами его темную рубаху.
Волей-неволей я все равно хотел сейчас поддержки, потому что успокоиться после гнусного нападения Майка в одиночестве я так и не смог. Было по-прежнему противно.
– Я вообще на концерт пошел и в коридоре Майка встретил, – тяжело вздохнув, проговорил я и вмиг почувствовал, как ощутимо напряглась рука, до этого спокойно лежащая на моей спине, а вторая крепче сжала у корней мои волосы.
– Пиздец! – рявкнул Фостер и дернулся, после чего с беспокойством взглянул на мое лицо, а потом и на засос. – Билл, я ж тебе говорил держаться от него подальше!
– Что вообще происходит-то? – недоумевающий Стив возник совсем рядом с нами и, похоже, теперь тоже увидел большой кровоподтек на моей шее, от чего громко присвистнул и в ужасе посмотрел на нас по очереди.
– Да я только хотел окончательно все выяснить! Ээ.. ну, кто из вас.. сказал мне правду. Мы, короче, зашли в его комнату, и он.. черт.. – я брезгливо поморщился, и меня снова начало трясти крупной, исходящей слово из грудной клетки дрожью, а Фостер замер, даже прекратив поглаживать меня по спине.
Резко отпустив меня, он в четыре шага вылетел из комнаты, хлопнув дверью так громко и оглушающе, что я инстинктивно зажмурился. Я уж первым делом подумал, что он ушел, потому что передумал, побрезговал со мной возиться после этого, а нет.. Потом раздался сокрушительный долбеж в дверь напротив. Похоже, Майку пришел пиздец.
– Билл, я не понимаю! Че это он? И что с Майком?
Стив усадил меня на свою кровать и сел рядом. Его потрясенный взгляд заставлял меня неимоверно смущаться и позорно краснеть, потому что многого он не знает, и к теме зажиманий Фостера мы с ним больше не возвращались.
– Он.. черт, короче, этот гомосек приставал ко мне! – нахмурившись, я снова показал ему большущий синяк на шее, откинув вбок голову, и шумно сглотнул. Стыдно и неловко. Бедный Стив..
– Фостер?!
Я отрицательно помотал головой.
