От осознания того, что я сейчас делаю, у меня еще чаще забилось сердце, возбуждение все возрастало, и я подался вперед, соприкасаясь с ним грудью и прижимаясь губами к плечу. Меня уже откровенно потряхивает и всего ведет, и теперь я, сомкнув веки, провел языком по его чуть солоноватой коже, ведя до самой шеи, на которой принялся оставлять легкие укусы. Мне становилось до того хорошо, что я уже до безумия хотел прикоснуться к своему члену, да я сейчас просто отключусь, если не сделаю этого, поэтому уже в следующий миг уверенно потянулся одной рукой к паху, тут же начиная водить ладонью по органу, пока не проникая под ткань, скрывающую его. Да..
Стон сорвался с моих губ, и я зажмурился, как вдруг почувствовал, что Том скользнул ладонями к моим ягодицам, тут же освобождая их от ткани боксеров, и его пальцы с жадностью сжались на них. Мы ненормальные, так же нельзя, а мы все равно делаем все это! Но нам же ведь так хорошо..
– Да.. – шепчет Фостер в унисон моим мыслям, в моей руке уже два наших члена, а я чувствую себя таким страшным извращенцем, что кровь приливает к щекам.. и еще сильнее заводит.
Вдруг Том звонко шлепнул меня обеими руками по ягодицам, что я даже вздрогнул и, сжавшись, распахнул глаза, а потом он снова опустил на них ладони, сминая и довольно урча.
Боксеры упали к моим ногам, и мы стояли теперь полностью обнаженными друг перед другом, переплетаясь в жарких объятиях и бесстыдных ласках. У меня мороз пробегал по коже всякий раз, когда сильные руки Тома властно проходились по моим бедрам и гладили бока, сжимая на них пальцы до покраснения кожи, и я тихо стонал, отзываясь на его прикосновения и томные выдохи.
Отстранившись от его шеи, я взглянул в шоколадные глаза напротив и вдруг подтолкнул Фостера назад, вскоре опрокидывая на развороченную после сна кровать. Мгновение, и я забрался на него, оседлав бедра, и теперь мне захотелось немного поменяться местами.
Отцепив со своей талии его руки, я крепко прижал их к кровати по обе стороны от его головы, и сейчас совсем не думал о том, что мой захват для него все равно ничего не значит, и если бы он захотел, то давно бы сбросил к чертям мои руки и прижал уже меня. Но сейчас Том лишь довольно мычал, и я накрыл его рот своим, лаская и захватывая, а он охотно отвечал на мой поцелуй.
– Что ты сделал со мной? – чуть отстраняясь, прошептал я в его губы и снова закрыл глаза, даже совсем не ожидая от него ответа: мне достаточно и улыбки, чтобы понять, как он собой доволен, а сам я уже медленно терся об его пах своим членом, сходя с ума от этих запретных ощущений.
Отпустив одну его руку, я стал жадно гладить упругий бицепс, добираясь постепенно и до соска, на котором вскоре слегка сжались мои пальцы. А сам я совсем уже сдурел от этого возбуждения, которое словно гнало куда-то вперед, мне будто сорвало уже чертовски расшатанные тормоза, я хотел еще и еще и боялся, что не смогу остановиться, а потом буду страшно жалеть.
Я отстранился, выпрямляясь, и посмотрел на его напряженный живот, так и опуская взгляд ниже, и все же потянулся рукой к его возбужденному члену, мечтая побыстрее приложить к своим адски пылающим щекам что-нибудь холодное, чтобы успокоиться. Я потерял последний стыд и позволял себе делать такое, о чем раньше и подумать не мог, а если бы и подумал, то точно убился бы о ближайший угол. А сейчас..
Алая головка его горячего члена блестела смазкой, и я, чувствуя непонятное удовольствие, медленно размазывал ее по ней большим пальцем. Уже в следующий момент я в экстазе запрокинул голову, когда Фостер вдруг повторил мои бесстыдные действия уже со мной, а искусанные губы раскрылись в безмолвном крике, хотя я сейчас безумно хотел дать ему волю от всплеска небывалого кайфа, который пробил меня от одного только соприкосновения. Как хорошо..
Том так и лежал подо мной и шумно дышал, часто и нетерпеливо облизывая губы и второй рукой гладя мое бедро. И столько жаркой похоти сейчас в его глазах, что я чувствовал себя перед ним совершенно беззащитным и невинным, и хотелось скорее укрыться, избежать этого взгляда, прожигающего во мне дыру, но бежать все равно некуда.. И все его неукротимое желание я сейчас отчетливо видел в этих темных глазах, и это одновременно нравилось мне тем, что он так сильно меня хочет, но и безмерно напрягало, потому что когда он получит главный приз, весь этот пленительный огонь в них вскоре угаснет.
Толкнувшись в его руку, я снова посмотрел на горячий влажный пенис в своей руке, и от новой мысли, которая вдруг возникла в моей голове, перебив все остальные, я даже вздрогнул и чуть тупо не упал с Тома от оглушающего, будто кувалдой по голове, смущения. Я.. да нет, я.. так не хочу! Это же..
