«В лихое время наделал русский народ немало ошибок. Понимает народ, что должен быть воспитан. Потому отдал народ построение власти своему лидеру... Народ, как зрелые граждане, на выборах формирует власть свою, а воспитатель присматривает, чтобы не повторилась лихая година.»
«Придумали выборы... Зачем будоражить народ выборами? Чтобы голосовали заключённые и душевнобольные? Даже чукчи участвуют в выборах, на севере живущие, которые не знают ничего, не смотрят телевизор.»186 186 Константин Смелый ЭТО ДАЖЕ НЕ УМРЁШЬ
«Справедливость там, где Президент.»
«... интеллигенции, которая вечно брюзжит и воротит нос от власти, велено сказать: и ничтожна ты, и террористична, и убога, и плюёшь ты в лицо стране своей, которая на медные пятаки вырастила тебя... Или интеллигенция с властью, или она предала Родину, и погибель ждёт её.»
«Сказал мне Господь наш: «поди и напомни народу русскому о предназначении его – о верности Христу и Церкви Его. Скажи им: если не возлюбят все как один Христа, то погнутся и поломаются». Не сможем мы без Христа дать отпор антихристианскому «новому мировому порядку». Идёт агрессия, отбивать которую придётся и силой, и духом, а только во Христе сила и дух. Проповедь Церкви подпитает силы мореплавателя и космонавта, солдата и президента, шахтёра и хлебороба...»
«Только как государство Веры выстоит Россия. Пусть хулят нас, пусть зовут «православным талибаном», пусть хоть горшком кличут, но мы будем гнуть своё. Будет расти место Православия в жизни России. Будет крепнуть сила Церкви и рука её. Православие сделаем фундаментом нашим, а всё остальное будет лишь теремом расписным над этим фундаментом. Если кричат нам, что мы, мол, мракобесы, и стращают нас клерикализацией, значит, мы на верном пути – на Третьем пути. Ибо сказал мне Господь Бог наш: «грядёт время последнего царя. Поди и скажи им: в России да увижу приуготовление этого последнего царства». Вот наш смысл...»
Помимо приведённых выше цитат, речь Феофана содержит сочные пассажи о вреде межнациональных браков, освоении Северного полюса и колонизации Луны, ограничении проката иностранных фильмов и введении прямого налога на прибыль в пользу православной церкви.
Здесь стоит забежать вперёд и отметить, что после Пшика российскую общественность скрутит внезапное прозрение. В тысячах покаянных интервью сотни общественных деятелей посетуют на то, что в качестве божественного откровения нам скормили кое-как состряпанный винегрет из Третьего Рима, квасного евразийства, «Домостроя» и бредней недолечившихся специалистов в области патриотического языкознания и патриотической истории.
Сетования продолжаются уже десять лет, но факт остаётся фактом: опросы общественного мнения, проводившиеся после показа «Слова», свидетельствуют, что мы схавали это откровение с неподдельным энтузиазмом и чувством глубокого удовлетворения.
Лидеры всех четырёх партий, представленных в Государственной Думе («Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, «Родина») в разной степени бурно приветствуют откровение митрополита Феофана.
Президент Будин, как всегда, обильно мелькает в новостях, но «Слово о третьем пути» никак не комментирует; пресс-секретарь Президента Погромов распространяет короткое заявление от лица Будина, поздравляющее население страны «с чудесным подтверждением высокого предназначения российского народа», который должен «сплотиться в выполнении» своей «завидной миссии». В тот же вечер на Первом канале митрополит Феофан жёстко критикует заявление Погромова за употребление слова «россияне» вместо «русские» и сочетания «российский народ» вместо «русский народ». «Нет никакого российского народа», объясняет Феофан телезрителям. «Есть Российское Государство, и есть русский народ, который воздвиг его, слепил из земель и народов.»
В дневном эфире радиостанции «Эхо Москвы» появляется посол Швеции Свен Хирдман. По словам ведущего, радиостанции было «ох как нелегко заманить господина Хирдмана на разговор в эти последние дни»: «мы начали, что называется, вести осаду шведского посольства 12 июня, вместе с православной молодёжью и активистами движения «Идущие вместе», разве что камни в окна не кидали и не прокалывали колёса у служебных машин посольства, но пытались, пытались поговорить с господином послом, получили восемь прямых отказов, и вдруг утром сегодня его секретарь сам связался с нами и сказал, что мы можем заполучить господина посла ровно на тридцать пять минут сегодня после обеда».
