Или в том, что против всякой логики и смысла была просто Арья — не то чтобы красивая, несуразная, немного потрепанная, чуточку еще угловатая, противоречивая, такая милая… Арья-весна, но не та, цветущая и благоухающая, всем понятная, всеми любимая, о нет. Весна, которую мало кто любил до последнего года — весна серая, грязная, полная непредсказуемых оттепелей и заморозков, мутной талой воды и ноздреватого снега, случайно проглядывающего неумытого задымленного очагом солнца, и, наконец, жизнерадостных пятен желточных ярких цветов на каменистых склонах.
Такой весной была Арья; пахла она свежестью, подтаивающим на солнце снегом, севером и чистотой.
Бронн обнаружил, что склонился к ее лицу.
Девушка не шевелилась.
Он сжал зубы. Она прищурилась.
— Мне пойти за Нимерией, леди Арья?
«Если ты скажешь «останься», ты же знаешь, что произойдет?».
Напряжение можно было подставлять под аракхи дотракийцев вместо щита.
— Я не леди, — дрожащими губами выпалила леди Арья Старк, и Бронн ясно услышал в голове истинное значение ее слов.
«Останься, целуй меня. Целуй меня, ты; потому что я этого хочу».
— Ты — леди, — кивнул он, не отстраняясь, и посылая в ответ свою истину:
«Мне плевать. Я хочу тебя, кем бы ты ни была».
— Джон… — она осеклась, как будто ком встал у нее в горле, слезы показались в глубине огромных серых глаз.
«Он убьет тебя, если узнает. Я устала доказывать право на самостоятельность. Я никогда не буду свободной настолько, насколько хочу».
Бронн хмыкнул. Она дрожала сильнее, но это была дрожь желания, а не страха.
— Леди Арья, — он находит силы отстраниться чуть и насладиться ее усиливающейся дрожью, — запри дверь.
Это самое формальное в его жизни, что Бронн произносил в подобной ситуации, но это, пекло, самая невероятная из исполнившихся фантазий.
Ее лютоволчица снаружи.
Ее брат — король. И у него, кроме лютоволка, еще два дракона, огнедышащих, мать их, дракона.
Ее сестра — полоумная мужеубийца, и как знать, как знать, не наследуется ли тенденция… ах, определенно, наследуется.
«Мне по-прежнему плевать».
И ему действительно все равно. Потому что, когда Арья Старк с быстротой молнии возвращается к нему, плюхаясь прямо на колени и невпопад тыкается маленькими губками в лицо — бровь, переносица, трижды переломанный нос, край подбородка — это сладчайшая из наград, и тем слаще, что не повторится. Всё это.
Завтра не существует. Вчера закончилось и ушло навсегда. В настоящем нет стареющего межевого рыцаря-наемника, лорда — или кем он там числился на данный момент. Нет и леди-убийцы, что была младше его почти в три раза. Есть что-то — пока что ни один из них не знает названия, но возможно, если начать искать сейчас, до утра имя будет найдено.
— Я хочу… — жарко выдыхает Арья, и Бронн в это мгновение тает, готов согласиться на все, принять любые условия, сдаться, капитулировать немедленно, но —
— Эй, есть тут кто-нибудь? — раздается голос Подрика из-за двери, и они отскакивают друг от друга, тяжело дышащие, пойманные врасплох.
Стук повторяется. Доносится тихое скуление Нимерии. Внезапно оно прекращается. Бронн смотрит на Арью. Арья на Бронна. Двое убийц, и молчаливый диалог между ними не нуждается в переводе.
«Я могу выйти и отослать его, девочка».
«Нет. Не шевелись. Он уйдет. Не уходи.».
И, протянув тонкую руку к нему, вслепую, оставляет горячие пальчики напротив его черного сердца — неприлично часто бьющегося в эту минуту:
«Не уходи. Будь со мной. Будь моим - сегодня. Сейчас».
Стук из-за двери прекращается, и возмущенно слышится от Подрика:
— Ой, Нимерия, куда ты меня тащишь? Ты же только что… ладно, иду… что ты хочешь мне показать? Эй, постой!..
Поспешные шаги по коридору удаляются. В короткие минуты Бронн смотрит на Арью, не мигая, смело открываясь перед ней, как мало перед кем — она имеет право знать, что выбирает. С ней можно быть собой, Бронн не знает — чувствует это; можно жить от вдоха до выдоха, можно радоваться весне, не обязуясь убирать урожаи осени, можно давать и брать, не отмеряя и не взвешивая…только бы она согласилась.
И сама Весна улыбается Бронну, когда Арья делает выбор.
Комментарий к Не место для лютоволков, часть вторая
Ну что ж, финита.
В кои-то веки Бронн тоже был почти прерван в самый неподходящий момент.
Ура весне, товарищи! Всех люблю)
========== Рыцарь за Стеной ==========
Это очень странное место, Юг. Тормунд всегда знал, что южане идиоты, но, теперь, спустя много лет, он не просто убедился в своей правоте. Он узнал, что южане большие идиоты, чем он когда-либо мог себе представить. Если б он одумался раньше!
Он, конечно, не пошел бы на Юг. Даже Джон не уговорил бы. Никто. Тормунд цокнул языком, прочесал волосы руками. Покосился на отражение себя в зеркальной поверхности стеклянного окна. Таких осталось мало в крепости, и у этого тоже не хватало створки.
— Мы скоро уходим, старина, — наконец, высказался сонно Фрир, и Тормунд пнул кузена в лодыжку. Тот только хрюкнул сквозь дрему.
— Сам знаю.
— Ты лорд? Или я? Или король? Я забыл.
— Джон сказал, это будет называться иначе.
