— Слушай, женщина!.. — рыкнул я, но вовремя сдержался: — Опиши мне дом, откуда ты хочешь, чтобы я выехал, и я приеду в течение десяти минут.
Она снова начала нудить в трубку, а затем все же назвала адрес.
— Запомнил. Жди.
Рядом замаячил наш знакомый таксист, и мы, прыгнув в его колесницу, рванули по адресу.
— … Да уж, — протянула Марьяна. — Райончик тот еще…
— Я там не собираюсь задерживаться. Нужно только узнать, кто я.
— Ааа… так ты и ЭТОГО не знаешь?
Я покачал головой.
— На лбу у этого Ивана не написано, кто он, откуда и для чего рожден. Но судя по всему — жалкое, безродное существо.
Колесница остановилась у пятиэтажки, которую в ином случае я бы обошел десятой дорогой. В замызганном подъезде даже лифт не работал, и нам пришлось идти пешком. Нужная квартира располагалась на последнем этаже, и стоило нам с Марьяной добраться до лестничной клетки, как дверь напротив открылась и порог переступила мерзкого вида старуха:
— Ага, явился! Хватай свои пожитки, и чтоб духу твоего здесь не было! Мне надоело, что сюда каждый день приходят эти психи!
— Какие?
— Проходимцы в кожаных куртках, какие еще? Твои дружки! Всю парадную исплевали. Искали тебя!
Вот как? Дружки Ивана? Уж не те ли, которые проломили ему голову в подворотне? Раз они близко, следует быть осторожным.
Я направился к двери, но та была заперта.
— Эй, женщина, открой эту дверь.
— ЧТО⁈ Ты и ключ потерял⁈
Обложив меня последними словами, она зазвенела связкой. Затем открыла все же открыла дверь.
— Из-за тебя еще замки менять… — и скрылась в своей квартире.
Внутри было еще отвратнее, чем снаружи. Обои отклеивались, пол почернел от грязи, а из туалета несло так, что мы туда заглядывать не рискнули.
— Тоже мне хозяйка, — пробурчал я, осматривая комнаты. — Да тут даже тараканы жить побрезгуют…
— И-и-и, — протянула Марьяна, озорно улыбаясь. — Как ты собрался узнать, кто ты?
Следовало найти какие-нибудь бумаги, и я молча принялся выгребать все из шкафов. Мой внутренний голос подсказывал мне, где искать. Скоро я нашел паспорт на мое имя и…
— Ага! — сказал я, присев рядом с Марьяной на кровать. В моих руках был фотоальбом.
Полистав, я нашел пару интересных фотографий. На одной из них была запечатлена улыбающаяся девушка бок о бок с каким-то мужчиной. Узнать, кто он, мне было не суждено — его лицо грубо вырезали с фотографии.
Наверное, это мать и отец Ивана. Судя по всему, они не ладили.
Одета девушка была как горничная, а вот мужчина, судя по оставшемуся плечу с аксельбантом, носил военный мундир. Но даже не это было самым странным, ибо на заднем плане был…
— Они жили во дворце⁈
Так… Я тут же поднял глаза на Марьяну.
— А ты чего, улыбаешься? Ты знаешь о чем-то?
Та молча встала и вытащила из альбома фотографию, на которой был мелкий Иван на руках у своей мамаши. На еще нескольких фотках он уже возмужавший парень — сигарета в зубах, рядом подруги и друзья.
— Твой жизненный путь проследить несложно, Ванюша, — сказала Марьяна. — Отпрыск некоего важного лица, но мать гувернантка. Судя по единственной фотографии, она рано умерла. Отец тебя, скорее всего, не признал и не помогал. Жил ты кое-как, а в последние годы совсем паршиво…
— Продолжай, — проговорил я, посмотрев на себя в зеркало.
Оно было ужасно замызганным, однако сквозь разводы на меня вдруг поглядел…
Он.
— А что тут продолжать? Ты же и сам видишь, — сказала Марьяна и подвела меня к зеркалу. — Или все же сказать?
Я покачал головой и, вытерев стекло рукавом, всмотрелся пристальней. Иван, наверное, был похож на своего отца. А тот на…
— Вот так-так, — проговорил я, а затем зверь во мне победил.
Кулак с грохотом влетел в зеркало. На пол со звоном осыпались осколки, а я смотрел и смотрел на свое «потрескавшееся» лицо. Так стало еще очевидней, в ЧЬЕМ теле я оказался.
— Ты убил меня, Олаф, — и я ухмыльнулся. — А я забрал твою родную кровь. Все честно.
Я повернулся к Марьяне.
— Когда ты поняла?
— На кладбище. У вас с Олафом есть фамильное сходство. Как и у нас с тобой.
— Выходит, ты сестра этого Ивана?
Девушка только удовлетворенно кивнула. Фыркнув, я отряхнулся, а затем направился вон из этого помещения. Здесь нам больше нечего делать.
Иван Обухов, незаконнорожденный внук Олафа I Освободителя начнет новую жизнь.
— Кто еще знает, кто я?
— Если Иван не любил болтать об этом направо и налево, то только я. Но не беспокойся. Я могила.
Старая хозяйка квартиры больше не показывалась, да и мне с ней больше не о чем разговаривать. А вот снизу… Раздавался топот множества ног. Слышались голоса:
— Какой этаж? Ну, пацан, держись!
Мы с Марьяной выглянули в щель между этажами. Их там было человек десять, не меньше. Все в кожаных куртках. Раскидать их не проблема, однако точно не здесь — на этой тесной лестничной клетке даже не развернуться. Если нападут все разом, нам будет сложно.
— Твои друзья? — спросила Марьяна, а я молча подпрыгнул и сорвал замок с люка на чердак. — Эй, ты чего⁈
Схватив ее за руку, я рванул вверх. На пролет ниже, тем временем, показался первый бандит. На нем была маска.
— Вот они! Хватай!
