Удар рукой и дверь на крышу открылась. Мы с Марьяной выбрались на свежий воздух. Вот тут среди антенн, ветра и птиц можно вдоволь насладиться сражением!
— Беги к пожарной лестнице, — и я толкнул Марьяну к единственному выходу с крыши. — Я их задержу.
— Ты чего⁈ А если…
— Быстро!
Мой Взгляд подействовал лучше любого пинка. Ойкнув, Марьяна вцепилась в поручни. А между тем, скрипнула дверь, и на крышу забрался весь десяток бандитов. На всех капюшоны и маски.
— Эй, ты! Как ты выжил⁈
Я же подхватил обломок трубы и молча пошел на них.
Сознание вернулось ко мне с болью. Ну а как же иначе?
— Ненавижу… — прошипел я, открыв глаза. Вокруг куча железа, каких-то конструкций, вентиляционных труб, а еще тусклая лампочка под потолком.
Это был грязный подвал какого-то технического помещения. Сам я сидел на стуле, прикованный к ножкам наручниками. И не простыми — стоило только подумать о слове на букву «м», как по телу прокатывался удар током.
— Антимагические…
Последнее, что помню, это как я расшвыриваю тех бандитов на крыше. Они летели в разные стороны как кегли, пахло кровью и… тело начало сдавать…
Я вздохнул. И сколько это будет продолжаться⁈ Проклятый Олаф-младший… И чем ты занимался все двадцать лет своей никчемной жизни, слабак?
Впрочем, вот тебе и ответ — общался со всякой швалью, да ползал по каким-то гадюшникам, в одном из которых я и оказался.
— Значит, это точно те, кто прикончил тебя… — пробормотал я, пытаясь понять, как сломать наручники.
— Я был им должен, — вдруг коснулся моих ушей тихий голос. — Много денег.
Я замер. Вокруг никого, но этот голос я уже определенно слышал.
— Иван?
— Да, — ответил голос. — А ты кто?
— Я? Тот, кому теперь принадлежит это тело.
— И что ты забыл в моем теле?
— В ТВОЕМ теле? После того, как ты получил заточкой в живот? Почему я тебя вообще слышу⁈
— Не знаю… — и он хохотнул, но следом печально вздохнул: — Но скорее всего, ты снова умрешь. Эти ребята второй раз ошибок не совершают.
Я фыркнул.
Послышались шаги. Единственная дверь с грохотом открылась и в помещение зашли бандиты. Кожаные куртки висели на них как тряпки, а кое-кто прыгал на костыле.
Все моя работа.
— Очнулся? — спросил их предводитель — коренастый мужик в зубастой маске — и повернулся к своим дружкам. — Вы чего, от этого хлюпика отбиться не могли?
Бандиты что-то забубнили.
— Он — просто зверь! — крикнул один из них. — Мы его только впятером смогли завалить!
— Н-да, с вами еще работать и работать… — покачал головой главарь и присел рядом со мной на корточки. — Ну что, Ванюша? Скучно на том свете стало, и ты решил снова нам глаза помозолить? Или в рай должникам ход заказан?
Хохотнув, он повернулся к одному из своих людей.
— Ты же вызвался отправить его на тот свет? Ну-ка…
Взяв меня за рубашку, он распорол ее до живота. На груди был крохотный шрам.
— Это чудо, Лео! — воскликнул бандит. — Я попал ему в сердце, клянусь!
— Эээ… Я узнал его! — вдруг воскликнул еще один парень, выходя из-за спин. — Он приходил вместе с Эмилем! Он его и отделал!
Все тут же уставились на меня, как будто впервые увидели.
— Этот⁈
— Да! Это он выгреб всю кассу!
— Ах, это ты тогда стоял на проходной? — спросил я, улыбаясь от гордости за свои маленькие подвиги. А еще с того факта, что с каждой выигранной минутой ко мне возвращается все больше сил: у этого Лео в кармане было что-то золотое. Оно приятно напевало мне на ухо. — Кстати, как дела у Эмиля?
Проигнорировав мои слова, все удивленно заозирались. Даже Лео посмотрел на своего подчиненного с недоверием.
— Шутишь? Этот слабак вынес хату Эмиля⁈
— Это точно тот самый! Он чертов псих, а взгляд у него…
— Ты чего несешь⁈ Какой еще взгляд?
Главарь посмотрел на меня с некоторой опаской. Я же оглядел всю собравшуюся публику уже иным Взглядом. И все они, исключая Лео, сделали шаг назад.
— Точно бешеный!
Сунув руку в карман, он достал два кастета. Оба золотые.
— Ну ничего, парни. Сейчас мы из него всю дурь повыбиваем!
Лео бил меня долго и, надо признать, довольно умело — его кулаки ходили как поршни. Мне прилетало в нос, в челюсть и в грудь. Будь на нем обычные кастеты, мне было бы невесело.
А так…
— Еще давай! — хохотал я, получив очередной животворящий хук справа. — Неужели, это все?
Еще удар, и на мне зажил последний порез. Красота.
— Давай! Давай! Бей сильнее! Ты так женщину свою ублажать будешь!
Взвыв, Лео усилил напор. Куртку он давно снял, мокрая от пота рубашка прилипла к телу. Он бил и бил, и все без толку — я смеялся все громче. — и меня вместе со стулом свалили на пол.
Я выдохнул. Давно мне не было так хорошо — золото в меня вкалачивали наверное минут двадцать. Двадцать минут отличного массажа.
— Зараза… — выдохнул Лео. От усталости он сам едва держался на ногах. Из-под маски пот хлестал ручьем. — Ты еще не сдох? Да кто ты, черт возьми, такой⁈
— Лео, может хватит? — спросил его подчиненный, но тот только оттолкнул его. — Давай мы его…
— Нет, этот гаденыш мой! Поднять его!
Стул снова поставили на ножки, а Лео бросился наминать мне бока. Через десять минут, смертельно устав, он сам едва не грохнулся наземь.
