Я поднырнул под руку первого нападавшего и увернулся от второго, не отрывая взгляда от перекошенного от злобы лица бывшего друга. Я предоставил Ботису самому разбираться с остатками вражеской команды.
Мы столкнулись в центре корабля. Я принял на ятаган его меч – только искры посыпались.
– Ты с ума сошел, Вин! – я оттолкнул его от себя. Он сделал выпад в мою сторону, но я парировал.
– Я убью тебя, выродок! – еще выпад.
– За что? – я отскочил. Он крутанул рукоятью меча в мою сторону, но достать меня не смог.
– И ты еще спрашиваешь? – он был крайне возмущен и разгневан. – Из-за тебя я лишился ее!
– Кого? – я остановился.
– Ты уже смог ее забыть, несчастный?! Конечно же, такому как ты это сделать просто. У тебя нет ни дома, ни друзей, ни чести! – он обрушил на меня очередной удар.
Я вновь отскочил в сторону, отбив его клинок. Он зарычал и шепнул пару слов. В его руке зажегся огненный пульсар.
– Я искал тебя по всему миру. В Султанате, у варваров и даже в городе гуннов. Кто же мог подумать, что ты засядешь у меня под носом, в лесу, словно крыса? – он метнул в меня пульсар.
Я бросился на колени, и он просвистел у меня над головой. Сзади кто-то вскрикнул, но к счастью, голос не был женским. Она сражалась в нескольких десятках шагов от нас, появившись на палубе после того, как я вступил в бой с Винтори – я слышал как Ботис сто-то спросил у нее, но из-за пелены ярости перед глазами, маг этого не замечал.
– И вот, когда я все же тебя обнаружил, то послал отряд отборных рыцарей для доставки тебя в императорский дворец, а сам выехал навстречу. Но тебе повезло. Явились эти пираты! – он снова метнул в меня огненный сгусток, на этот раз метя по ногам, на уровне бедер. – Моему ученику пришлось спасаться бегством, ибо я строго-настрого приказал ему не трогать тебя!
Я неловко отпрыгнул, ударившись о мачтовые крепления спиной и левым боком.
– Мои разведчики потеряли тебя из виду, но я-то знал, что рано или поздно каждый пиратский корабль причаливает на Лакосфани. Осталось только вновь послать своего ученика навстречу. Но тебе и тут улыбнулась удача! – он на время вернулся к своему оружию, поняв, что пульсары цели не достигают.
Так вот, кто все время следил за мной и вставлял палки в колеса! Удивительно, какая власть доступна императорскому магу, и как бездарно он ее использует. Неужели он всю жизнь прожил, красочно представляя то, как он будет меня убивать?
– И тебе пришлось плыть самому. А кто же сдал меня там, в лесу?
– Один очень болтливый корчмарь и веселый купец, – он улыбнулся.
– Ну, Амолстис! И этот, как его… Попадетесь вы еще мне!
– Слишком поздно. Я убью тебя сегодня и отомщу за смерть Оленсис! – он кинулся на меня в новом приступе ярости.
– Да… она… жива! – я наконец-то смог это сказать. Честно признаться, он довольно хорошо подготовился ко встрече со мной. Провел много тренировок и заставил меня изрядно побегать.
– Что? – он так резко остановил свой клинок, что мой ятаган по инерции прошел сквозь его защиту и глубоко врезался ему под ребра. От неожиданности я вскрикнул и отпустил рукоять.
Он стоял, пошатываясь, и смотрел перед собой, но не на меня, а туда, где Оленсис и Ботис приканчивали капитана судна. Похоже, что он только теперь увидел ее. Но было уже слишком поздно.
Он упал на палубу, как подкошенный и лужа крови, текшая из раны, стала стремительно расползаться. Я бросился на колени и взял его за руку.
Оленсис и Ботис, разгоряченные и раскрасневшиеся, подбежали ко мне и остановились.
Внезапно, она вскрикнула. Упала на колени по другую сторону от его тела и приложила руки к его груди.
– Вин… Вин… – она заплакала.
– Олен… – он взял ее за руку и сжал мою.
– Как же это? – она посмотрела на меня.
– Я не хотел… – мне действительно было жаль его, несмотря на то, что он пытался меня убить.
– Н-е… нет. Это я… я прожил… свою жизнь… зря… я виновен…
– Прекрати, друг! – я сжал его слабеющую ладонь, в попытках остановить время.
– Друг… Кин… мы друзья… навсегда, – его глаза закрылись.
– Навсегда, – я склонил голову.
Оленсис рыдала на его груди, а я поднялся, кое-как вытащил свой клинок и шатающейся походкой пошел обратно на бриг. За мной потянулись матросы. Делать тут было больше нечего.
Все перед глазами было словно в тумане. Я шел вдоль корабельного борта и то и дело оскальзывался на лужах крови и спотыкался о тела.
Вин… Мои мысли все время возвращались к нему. Я видел его последний раз в ночь перед убийством кухарки. Тогда мы долго разговаривали. Он жаловался мне на своего учителя – магистра Упредж. Как типичный представитель народа варваров, учитель требовал от своего ученика не только углубленного изучения любимой Вином огненной стихии, но и всех остальных. Отчего измученный и обессиленный мой друг ежедневно приходил к полуночи и падал на свою кровать, не в состоянии пошевелиться.
– Я устал, Кин. Смертельно устал. Такое чувство, что учитель решил загнать меня в царство Охтоновис раньше времени.
– Я думаю, что это не так. Он просто хочет, чтобы ты узнал как можно больше.
– Да, конечно же, – он фыркнул. – Ему просто нравится смотреть, как я мучаюсь.
