– Когда ты рассказала мне о Дарене и его компании, я поняла, что где-то уже слышала это имя, но не могла вспомнить, где именно. Эта статья помогла мне. Я сразу же вспомнила всё, что рассказывала бабушка. Генри Холлиуэлл был из простой работящей семьи. А вот Томас Бейкер с самого детства привык считать деньги. – Эбби ощутила, как от упоминания о Его отце сердце пропустило удар. – Они дружили. Не знаю, что свело этих двоих вместе, но найти кого-то более дружного, наверное, было практически невозможно. Их дети так же были неразлучны. – Эрин и Дарен… Эбби сильнее сжала зубы, пытаясь не позволить эмоциями взять над собой верх. – Всё изменилось, когда Генри захотел открыть собственное дело. Томас оказался не готов к этому, потому что и счета, и сделки, и пиар – всё было на его друге. И, когда тот ушел, компания начала разваливаться. Он во всем винил Холлиуэлла. Поговаривали, что пару раз Бейкер даже пьяным заваливался к нему домой – серьезно и крепко угрожал всей его семье. Соседи вызывали полицию, но сам Генри никогда не подавал заявления. Через год «Diamond Constraction» почти полностью разорилась. Через неделю появилась эта статья.
Кусочки пазла сложились в цельную картинку сами.
– Выходит… журналисты серьезно полагали, что тот пожар устроил Томас Бейкер? – Осторожно спросила Эбби.
– Думаю, они были в этом убеждены. – Ответила Кэтрин, и в её глазах появилась та же уверенность, что и в словах. Внутри неожиданно защемило. Раньше, когда Дарен говорил о своем отце, она чувствовала, насколько сильно Он его ненавидел, но никогда не пыталась копать глубже – искать причину. Он просто не рассказывал, а она просто не давила. Но теперь… теперь Эбби понимала… многое понимала. Только вот сделать с этим уже ничего не могла. – Дарен совсем не такой. – Внезапное заявление подруги заставило её медленно поднять глаза. – Он не похож на своего отца. И я уверена, что он никогда бы так не поступил. – Эбби тоже была в этом уверена. И, несмотря ни на что верила в то, что он со всем справится. Что сможет побороть своё прошлое. – Я просто хотела, чтобы ты знала.
Прошептав извинения, Кэтрин вышла из кабинета и осторожно прикрыла за собой дверь. Наверное, понимала, что сейчас Эбби захочется побыть в тишине; наедине с собственными мыслями. Но вот только… правильно ли это было? Ведь сразу же появилось какое-то непреодолимое желание набрать Его номер, сказать, что она обо всем знает… – хотя, возможно, это была лишь часть какой-то большой истории… – утешить, подарить свою поддержку; прижать к себе и ощутить биение родного сердца. Достав мобильный, дрожащими и неожиданно похолодевшими пальцами она пролистала список контактов до самого конца и остановилась на безымянной строчке «xxx». Что-то до сих пор мешало ей удалить Его номер. Словно она боялась, что это сломает её окончательно.
Это были долгие три месяца. Невероятно тяжелые три месяца. Но она выкарабкалась из болезненно вязкой трясины, отчаянно хватаясь за каждую близлежащую ветку. Выбралась. И разве после всего, через что ей пришлось пройти, она имела право просто взять и разрушить всё за одну секунду? Это Он оставил её. И это был лишь Его выбор. А теперь, вероятно, пришло время и ей сделать свой.
Нажав на «удалить», Эбби встретилась с сопротивлением, которое заставило её замереть. Очередное испытание или злой рок? «Вы уверены, что хотите удалить этот контакт?» – внутри всё мгновенно перевернулось, дыхание перехватило, но непослушными пальцами, она выбрала «да», и когда всё было сделано, резко бросила мобильный на стол и, закрыв глаза, прижала ладони к округлившемуся животу. Она всегда будет помнить Его. Как бы старательно не пыталась убеждать себя в обратном, он является и будет являться неотъемлемой частью её жизни. Потому что она носит под сердцем Его ребенка. Малыша, о котором Он ничего не знает. Но… стоит ли это менять?
По щеке скатилась одинокая слеза, словно ответ на немой вопрос, продравшая холодом до самых костей. Эбби тут же смахнула её, не позволив перерасти во что-то большее и стать очередной болезненной слабостью.
Она ещё не готова что-то менять.
У неё просто нет храбрости что-то менять.
Сегодня она кается за это перед Богом…
…сегодня она просит Его дать ей сил.
<p>Глава 21</p>
