Я захихикала его серьёзному виду, пытаясь представить его «старшим». Подхватив под руку, я хотела слегка дёрнуть его за нос, чтобы выключить «папочку» и сделать наш путь до КПП более вкусным.
– Конечно, мой маленький Ангел! – он увернулся от моих пальчиков. – К СТАРШИМ – есть!
– Прекращай! – разозлился он, вместо того, чтобы развеселиться. – У тебя траблы… Меня отымели сейчас по твоему поводу.
– Ты кончил? – хихикнула я, не желая именно сегодня выслушивать и так понятные мне проблемы.
– Нют… - тормознул он меня, разворачивая к себе лицом. – Шутки шутками, но… отчислят!
Избежать этой темы, которую я решила отложить до понедельника, не удалось.
– Знаю, Боречка… – грустно захныкала я и развела руками. – Не успеваю!
– Слушай меня внимательно, – достал он распечатки с таблицей, – я как самый лучший куратор всё уже замутил для тебя. Я поговорил со Стефом, если ты подпишешься с ним на организацию двухсуточной толкиеновской «ролевки», то он закроет тебе долги по истории, – тыкнул он пальчиком в первую строчку.
– Когда?
– Конец апреля. С тебя лекции для игроков по холодному оружию… – холодное оружие – это был мой конёк и Стеф, конечно, не мог не поюзать такие мои знания, – … и «рыба» правил игры. Еще нужна мировоззренческая концепция для светлых и тёмных рас. Ну и конечно, он видит тебя в оргкоманде на самой игре. Со стороны темных. Сам будет держать рамочку светлых…
Поиграть живыми игроками против Стефа было заманчиво, и я кивнула, несмотря на то, что почти не могла себе позволить таких затрат по времени.
– Дальше… Немец прикроет тебя по химии, можешь особо не париться – он всё сделает сам, с тебя только написать выводы, собрать и оформить.
Его палец скользил ниже по многочисленным стокам.
– «Матан» – защитишь на внутренней конференции, свой бред с трехмерной разверткой четырехмерного куба, и Мелич закроет тебе долг. Литература…
Погружая меня в ужас, он перечислял, перечислял и перечислял… когда я успела ТАК просесть по учебе!?
– И последнее. Тридцатого апреля методический совет, и снова приедут наши гости из Края – у тебя, наконец, состоится комиссия по «матмодэлу»! – громко выдохнув, он закончил. – И никаких приколов по поведению, до тех пор, пока не сдашь все долги! Ты поняла меня!? – наехал он.
Я обреченно кивнула и снова потянула его к КПП. Он ускорил шаг, впихивая меня под арку.
– Привет, Виктории, Полине и другим красавицам! – шепнул он мне вслед.
– Опоздала… – с сожалением развел руками охранник, кивнув мне на отъезжающий «шикарус».
Прикидывая масштаб трагедии, я вышла все-таки из под арки, хотя логичнее было вернуться к охраннику и попытаться дозвониться до Эдика или на крайний случай – Виктории. Но это песня долгая…
Сзади скрипнул снег, я обернулась.
Александр Владимирович…
– Предложил бы довезти… Но боюсь оставаться с тобой наедине! – хмыкнул он, разглядывая мой слегка провокационный видок.
Видимо, больше всего ему не понравились (или понравились!) бордовые колготки, выглядывающие в промежутке между высокими сапогами и коротким черным пальто с капюшоном - его взгляд застрял именно на этом промежутке.
– А если я пообещаю вести себя прилично? – ухмыльнулась я.
– Ты не умеешь… – недоверчиво качнул он головой, возвращаясь к моим глазам.
– Пойду пешком… – угрожающе стрельнула я глазами на заснеженную дорогу.
– Симоненкааа… – безнадежно протянул он. – САДИСЬ!
Обогнав меня, он открыл мне переднюю дверцу машины и пригрозил:
– Будешь хулиганить, пересажу назад!
– Я Вам и сзади нахулиганю! – хихикнула я над ним.
Машина тронулась с места, и я перевела взгляд на его профиль, разглядывая детали. Как только мы оказались в замкнутом пространстве, стебное настроение слетело с обоих, и в машине немного заискрило. Он хотел меня…
– Перестань так на меня смотреть… – бросил он, не поворачиваясь через минут десять пытки взглядом.
– Да всё нормально, – не отводя взгляда, отозвалась я. – Нет смысла лицемерить, когда мы наедине. Мы оба знаем, что ты чувствуешь сейчас. И мы оба знаем, что ни ты, ни я это желание реализовать не готовы. Но мы можем получать удовольствие от самого факта…
– Ты о чем? – напрягся он, неровно дыша.
– Ты знаешь, о чем я…
Он немного увеличил скорость, не отвечая мне больше и никак не комментируя мои гляделки. Атмосфера накалилась, и от его эмоций мне стало тяжело дышать, голова слегка кружилась – они были тяжелые, но вполне вкусные.
Когда за окнами мелькнули первые пятиэтажки, он тихо спросил:
– Где тебя высадить?
– Возле « Экспресса».
Развернувшись на кольце, он повез меня по направлению к агентству, и минут через семь мы были на месте. Медленно качнувшись к нему, я обняла его за шею – он окаменел. Неуловимо коснувшись губами его уха, я прошептала «Спасибо…», чувствуя запястьем, расположенным на его шее, как нервно двинулся его кадык.
Развернув ко мне лицо, он замер – наши губы были в очень опасной близости. Ему хотелось… Но я бы не позволила. Аккуратно сняв мою руку со своей шеи, он заправил прядь моих волос за ушко и сглотнул еще раз.
Я медленно отстранилась, кайфуя от его сдержанности и этого обнажающего маленького жеста .
