– Комплекс Эдипа уместен в отношенческом треугольнике, когда более низкий по статусу самец, опекаемый более статусной самкой, как ребенок, желая владеть ей, одновременно испытывает враждебные ревностные побуждения по отношению к самцу, находящемуся с ней в одном статусе и предпочитаемому ею. Но вообще акулы психоанализа, утверждают, что данное явление уместно только до пубертатного периода, а дальше переходит в банальную ревность, – с почти неуловимой издевкой в голосе прочитал Илья короткую лекцию. – Ты, как парень одаренный, думаю, быстро сделаешь выводы, и поработаешь над своими комплексами. Или, по крайней мере, прекратишь демонстрировать их так открыто. Желаемая тобой самка их не оценит, – ухмыльнулся он, притормаживая у тротуара.
– На выход! – уловив атмосферу, толкнул в плечо разъяренного Немца мой веселый ангел пытаясь сдержать смех.
Когда двери за ними захлопнулись, Илья перевел на меня насмешливый взгляд:
– Даже «спасибо» не сказал за консультацию!
– Ты такая сволочь! – находясь то ли в шоке, то ли в кайфе, засмеялась я.
– Бывает… – подмигнул он, и, поцеловав мои пальцы, добавил: – Это было немного жестоко, но теперь у него чисто гипотетически будут шансы... Это мой подарок тебе – после этого, он станет для тебя еще более «вкусным».
– Спасибо… – кивнула я оценив.
***
26 октября
Эти выходные мы проводили вдвоем, так как Виктория еще в пятницу уехала по делам из города. Забравшись в кресло с ногами, я выбирала фильм, для просмотра в компании Ильи. До наступления воскресенья формально еще оставалось четыре часа, а это значит – мы пока просто «друзья». Эта концепция, с учетом того, что субботний вечер обычно был просто пронизан эротизмом и игривостью, была, конечно, очень условная, но, тем не менее, почему-то успокаивала его и забавляла меня. Нам обоим нравилась это правило нашей игры:
Вне сессии мы друзья.
Даже особо не скрывая, Илья по полной использовал это правило, чтобы удовлетворить свою иррациональную потребность в заботе обо мне. Когда я настаивала на совместном анализе этого необъяснимого феномена, он всегда съезжал, требуя оставить ему хоть что-нибудь всё еще непонятное мне в его поведении.
И я оставила… Пусть наслаждается! И только изредка, когда он уже совсем переходил границу адекватности «била его по рукам».
– «Запах женщины», «Семь», «Профессионал»… – зачитывала я ему вслух, пока он раскладывал кресло, в которое мы планировали забраться с тарелкой всякой вкуснятины, купленной специально для оформления этого вечера.
– Выбери сама… – наклонившись надо мной, он заглянул в экран, разглядывая избранные мной фильмы.
– Исследуешь меня? – улыбнулась я.
– Скорее перенимаю твой исследовательский инструментарий, – пояснил он тихо. – Папочку потом не удаляй.
– Тогда «Форест Гамп», – выбрала я, прочитав аннотацию.
– Что ты натворила в школе?
Ну наконец-то! – хихикнула я про себя, оценив его выдержку.
– Принародно подарила подшивку горяченьких журналов нашему воспитателю, чтобы меньше интересовалась нашей личной жизнью.
– Почему тебя не выгнали?
– Могли бы! – оценила я еще раз ситуацию. – Но в моей группе поддержки директор, пара-тройка кандидатов-докторов и психолог – я пишу за неё научно-исследовательские эссе в аспирантуру…
– Хороший тыл… – усаживаясь в кресло, прокомментировал он.
– Доктора не за «спасибо» старались! – вспомнила я множество наложенных на меня «епитимий», которые мне еще предстоит отрабатывать до самого нового года. – Имеют меня как хотят!
– В чем интерес директора? – прищурился Илья, как всегда улавливая намеренно пропущенное мной.
– Он мужчина… – развела я руками.
– Осторожней, Анечка…
– Не волнуйся, – успокоила его я. – Он правильный директор – ему и взгляда много…
– Мне тоже много… – выдохнул он чуть слышно, пригубив что-то из темного и ассиметричного бокала.
Бокалы были великолепны…
– Любитель оригинальных сосудов… – прокомментировала я.
Взмахнув бокалом в мою сторону, он утвердительно кивнул и пригубил его снова. Его глаза на пару минут расфокусировались и палец обрисовал овальный темный обод.
– Это того стоит? – поднял он на меня глаза. – Все эти правила… сложности… Твой интернат.
Я оценила все бонусы моего обучения в интернате, начиная от возможности работать с Викой, иметь Илью, и моей относительной независимости, заканчивая информационными ресурсами «ШеКа», которые в отличие от обычной школы были для меня отнюдь не бесполезными…
– Однозначно – ДА! – кивнула я, и, упуская очевидное, вскрыла еще один свой мотив: – Мне нравится играть против системы чужих правил, выстраивая свои, развивать собственное игровое пространство, втягивая в него персонажей… Обычную школу я уже победила. Эта система мощнее и сложнее… Мне интересно с ней играть!
– Ты и я… Вика… – добавил он, помедлив несколько секунд. – Это ведь тоже игра?
– Мхм… – кивнула я, улыбаясь.
– Какие в ней правила?
– Вне сессии мы друзья! – засмеялась я, переводя все в шутку.
Делая очередной глоток, Илья снова спрятал свои эмоции за маской бесстрастности.
