– Спокойно! – одернула я его, и попыталась прояснить ситуацию. – Ты запутался… И меня пытаешься запутать. Но это я виновата. Я играю с границами, а ты теряешься в статусах… Какой формат мне отменить, чтобы ты перестал нервничать и всё вошло для тебя в привычное русло? Дружбу? Может нам стоит немного отдалиться друг от друга, чтобы…
– Всё… – оборвал он меня разочаровано, – Ничего не надо.
– Я запуталась с тобой! – завелась я в ответ. – Ты – тематик…
– Я, блять, мужчина, в первую очередь!
– Чего ты хочешь?– сдалась я. – Что я делаю не так?
Илья молчал, разглядывая наше отражение в стекле. Его дыхание было неспокойным, а брови периодически сходились на переносице.
– Я просто не понимаю, что Я делаю не так! – сорвался он на крик, и я вздрогнула от неожиданности.
На его лице пронеслось несколько эмоций - он психовал, что сорвался. Его руки скользнули ко мне на талию, и он вдохнул, открывая рот, наверняка, чтобы извиниться. Это бесило… И я моментально запечатала его ладонью.
– Если ты еще не заметил, то я не самая чувствительная девочка, чтобы умирать от того, что на меня прикрикнули! – зашипела я на него. – Да на меня почти всё время кто-нибудь орёт! Не надо извиняться за свои эмоции – в них нет ничего оскорбительногодля меня.
Его пальцы приласкали мою накрывшую его губы руку и он, прижав её сильнее, поцеловал меня в ладонь, отнимая после этого ото рта.
– Ты – самая, – вздохнул он, и его плечи расслаблено опустились. – И то, что на тебя кто-то там орёт…
Я снова запечатала его рот рукой, пытаясь остановить поток его извинений, сформулированных теперь иносказательно.
– Так. Остановись и спроси меня заново.
Дав ему пару минут на размышление, я отняла руку и улыбнулась.
– Когда за тобой приехать?
– Во вторник.
Вытащив из нагрудного кармана его новый ежедневник, я вписала ему туда пару телефонов.
– Я позвоню тебе в понедельник, но если вдруг… – Я подписала первый, – Это Юркин. Я предупрежу его, что ты можешь позвонить, а это мой домашний, но меня почти невозможно застать там. – подписала я второй.
– Спа… – не давая договорить, я закрыла ему рот поцелуем.
Коротко отозвавшись на ласку, он снова увернулся.
– Анечка, давай проясним один момент? – попросил он. – Мне необходима твоя прозрачность.
– Конечно.
– Ты не чувствуешь меня, как своего мужчину?
– Чувствую.
– Что тогда?
– Согласно концепции нашей игры стараюсь остаться свободной женщиной… – вздохнула я.
– Хорошо. Оставайся. – согласился он. – Но я хочу не только формальный статус. Я хочу соответствующие полномочия. Какие у меня полномочия?
– Надо подумать… – озадачилась я.
– Подумай.
– Ты всё время усложняешь наши правила! – в шутку возмутилась я.
– Тебе же нравятся сложные игры… – прищурился он. – Выкручивайся…
– Выкручусь, – ухмыльнулась я. – И тебя выкручу…
Его взгляд смягчился, и он вызывающе улыбнулся мне:
– Я не против…
Мы целовались медленно, чувственно играя друг с другом, не срываясь дальше – наслаждались именно поцелуями. Его губы не были жадными, но не были и нежными… Поймав волну моей потребности в чувственности, он был снова идеален, давая именно то, что мне хотелось…
Когда губы уже горели, а дыхание окончательно перестало слушаться, я оторвалась от него и прикоснулась губами последний раз.
Мои пальцы оценивающе пробежались по красивым скулам, прямому носу и хищновато вздёрнутым ноздрям… четко очерченные губы, мужественный подбородок и идеальная линия челюсти…
– Идеальный мужчина.
– Был бы, если бы ты позволяла...
Дотянувшись до руля, я нажала пару раз на сигнал, зная, что Юрка должен выйти и встретить меня. Их пара кавказцев не были настроены ко мне так уж доброжелательно, чтобы я спокойно могла зайти в дом без сопровождения хозяина. Накинув на себя дубленку, я вышла под густо валящий снег, не дожидаясь пока Илья откроет мне дверцу. Он вышел следом, не одеваясь. Снег тут же облепил его белыми хлопьями с ног до головы, тая на горячей коже. Он замер на секунду, рассматривая меня – тоже наверняка всю облепленную снежинками, и прошел дальше, открывая багажник и доставая сумку. Когда он вернулся с ней, как раз появилсябрат. Подставив мне локоть – было скользко – он развернул меня к дому и подвел к Юрке, передавая ему сумку.
Пожав друг другу руки, они кратко представились по именам. И взглянув на меня последний раз, он незаметно сжал мою кисть. Я сжала его пальцы в ответ и отняла руку, делая шаг к брату.
– До встречи, Анечка…
– До встречи, Илья…
Мы стояли с Юркой и молча смотрели, как больше не оборачиваясь в нашу сторону Илья, стряхнув с себя хлопья снега, сел в машину и, развернувшись, уехал.
– Какой обходительный мужчина… – ухмыльнулся Юрка.
– Не жалуюсь… – расплылась я в провокационной улыбочке.
– А с этого места поподробнее…
