– Да ладно! – ухмыльнулась я. – Можно подумать ты не липкий когда шалишь ручками под одеялом! – провела я вдоль его члена пальцами.
Он дернулся подо мной.
– Я, блять, не занимаюсь этой херней! – психанул он, на мою очередную подъебку, – мне ж не пятнадцать!
– Мхм…– захихикала я, – именно поэтому, Танечка сегодня спала в моей комнате.
– Вот ведь язва!
– Так и быть… отпускаю в душ… – я откровенно развлекалась, наблюдая за его полусонным полувозбужденным выражением лица. – Кстати, если расположить пальчик под уздечкой будет гораздо приятней и быстрее… – подмигнула ему я, слезая с него.
– Сучка! – засмеялся он в ответ.
– Язычок на уздечке конечно зачетнее…
– Заткнись… – зашипев, он подскочил и вскрылся в душе, громко щелкнув шпингалетом.
Осушив оба бокала, пока Юрка явно не только мылся в душе, я забралась в книжку, найденную в изголовье кровати. «Фарамунд»… Никитин в качестве легкого чтива меня вполне устраивал, и я погрузилась в мир фэнтези.
Дождавшись брата и сообразив легкий завтрак, я отзвонилась домой, сообщив о своём месте нахождения, и пообещала приехать к ближе к вечеру. Немного посоображав над поводом, по которому я могу официально остаться на все каникулы у брата, не вступая в споры с мамой, я выяснила его сильные стороны в учебе и волшебное словосочетание «английский язык» решило эту проблему. Поставив маму перед реальным фактом, что я завалила английский и после каникул у меня пересдача, а любезный брат вечерами будет спасать мою маленькую попку из этой неприятности, я объяснила, что ночевать буду здесь, приезжая домой лишь днем. Следом я опять же поставила перед фактом любезного братца, что вечерами он должен изъясняться со мной исключительно на английском. Так как это была цена целой недели моего проживания у него, то он, не задумываясь, согласился.
Покрутив в руках трубку телефона, я потребовала:
– Диктуй Ольгин номер!
– Соскучилась уже? – ухмыльнулся он в ответ. – На работе она. Вечером сама приедет… изъясняться с тобой на английском, – многозначительно сыграл он бровями. – Чем займемся?
– А чем бы ты хотел, сладкий? – томно закусила я губу, и мы оба расхохотались, успокоившись, я абсолютно серьезно и многозначительно добавила: – Всем, чем захочешь…
– Ты же шутишь? – нервно улыбнулся он.
– Нет…
– Всё что захочу?
– Абсолютно…
Я подошла к нему в упор и, сняв одну его руку со стола, положила её себе на талию, без шуток провоцируя его взглядом. Он сглотнул. Я развела коленом его бедра и прижалась к нему, его губы прикоснулись к моему животу, прикрытому футболкой.
– Ты же хочешь…
– Анют… - попытался неуверенно отстраниться он, но я удержала его затылок, нежно пройдясь пальцами по волосам. – Игры играми… – снова попытался он, – но тебе ж пятнадцать…
– Ты отказываешь нам в удовольствии, потому что мне пятнадцать? – ухмыльнулась я.
– Нет… не поэтому…
– Почему? – мои пальчики спустились ниже, и я начала ласкать ими чувствительные точки, расположенные на его шее.
– Потому что ты – это ты, а я – это я… – вырвавшись из моих рук, он все-таки отстранился. – Не хочу это портить!
Облегченно выдохнув, я приземлилась к нему на колени и обняла.
– Спасибо! Ты самый лучший брат на свете! – зацеловала я его лоб и виски. – Люблю тебя!
– Проверяла меня!!! – психанул он, выкупив мой ход. – Пиздец, тебе малютка!
– Два: одииин… – пропела я ему в ушко, кайфуя от того, что сделала его снова и от чувства облегчения, что он все-таки он, а я все-таки я.
***
Композиция № 26_Michel Telo – Nossa-nossa
6 января
Вытянув Юрку на танцпол, мы с Ольгой развлекались, кружась и ласкаясь об него в танце, он послушно исполнял роль пилона, немного заигрывая с нами и распуская шаловливые ручки. Он словно кот, объевшийся сметаны, наслаждался вниманием к нему публики, которая не могла не реагировать на нашу тройку – две длинноногие блондинки модельной внешности и гламурненький молодой красавчик. Эта игра нравилась всем троим. Особенно потому, что сексуальные фантазии публики на нашу тему не имели абсолютно никакого отношения к реальности. И мы развлекались, давая ей много поводов для фантазий.
Ольга была очень пластичной и отлично двигалась. Отстав от Юрки, мы с молчаливого согласия друг друга отменили дистанцию между нами и качались в такт зажигательного музончика, периодически касаясь друг друга и смешивая в вихре танца наши светлые волосы. Было жарко…
На все попытки молодых людей встроиться к нам, Ольга обливала их холодным презрительным недовольством и собственнически присваивала меня в танце, переходя практически на секс в вертикальном положении. Я с удовольствием подыгрывала ей, двигаясь синхронно с ней.
Натанцевавшись и упав на диваны, мы с разных сторон прилегли к Юрке на плечи.
– А где, кстати, ваши остальные побратимы? – поинтересовалась я, припоминания слова о том, что тусуются они обычно вчетвером.
– Тима с отцом в Европе, – ответила Ольга, делая глоток коктейля. – А Саня на сборах…
– Сборах?
– Спортивных, – взмахнула она бокалом. – Иначе тупо вылетит из университета! Учёба – это не его. Юрист, блять… – цокнула она языком и закатила глаза.
– Тоже юрист? – удивилась я.
