Карина в изнеможении вытянула гудящие натруженные ноги и поняла, что никакая сила не сможет в ближайшее время заставить ее снова подняться. Неподалеку от нее примостился Влад, а вскоре им на двоих выдали банку с тушенкой и галеты. Девушке показалось, что вкуснее этой тушеной говядины она в своей жизни ничего не ела, и даже сухие галеты были вполне съедобны, если их запивать холодной водой. Похрустывая последней пресной печенькой, Карина чувствовала, что у нее начинают слипаться глаза. Она с тоской думала о том, что совсем скоро опять придется тащиться Бог весть куда, вместо того, чтобы свернуться прямо тут у ручья в клубок и отоспаться за безумную ночь и не менее суматошный день.
Закончив обедать, спецназовцы собирали банки и упаковки от еды, чтобы не оставлять после себя никаких следов своего пребывания. Внеся посильный вклад в общую уборку, Митяй расстегнул свой разгрузочный жилет с кучей подсумок, стянул через голову серую армейскую футболку и снова направился к скале, по которой стекал ручей. Довольно ухая, он поплескал водой себе на торс и снова сунул голову под бегущую сверху воду. У Карины начало закрадываться подозрение, что это представление с раздеванием было устроено для нее. «Ну, да, - вяло думала она, - плечистый, жилистый, в меру мускулистый, девчонкам такие должны нравиться». Карина не относила себя к тому типу людей, которые западают на внешность. Она всегда считала, что самое важное в человеке – это его содержимое, а вовсе не обертка. Судя по поведению Митяя, он как раз о содержании не беспокоился, делая ставку на свою внешнюю привлекательность. «Павлин самовлюбленный», - вынесла она ему про себя окончательный вердикт. Примеру Митяя хотел было последовать Слава, но он все же ограничился тем, что, зачерпнув ледяную воду, полил ее себе на шею и умыл лицо. Карина подумала о том, что ей тоже не мешает напоследок умыться холодной водой, чтобы взбодриться, и начала нехотя подниматься на ноги.
- Пойду разомнусь, - объявил Глеб, набрав в свою флягу воды. – Митяй за старшего, - привычно передал он командование и, не дожидаясь, пока отряд закончит водные процедуры, растворился среди скал.
- Пять минут и выдвигаемся, - распорядился Митяй, уже успевший надеть футболку, и снова облачился в жилет, к которому на спине крепился рюкзак.
Карина тоже наполнила свою термокружку до краев и убрала ее в рюкзак. Ей очень хотелось поплескать на тело водой, но та была настолько холодной, что девушка не могла на это решиться. «Вот если бы у меня была возможность обтереть вспотевшее тело мокрой губкой,» - расстроенно думала она про себя. Однако у нее не было с собой никаких тряпок кроме тех, что были на ней. Свой свитшот она отдала Владу взамен его куртки, да и мочить вещь, которая вскоре могла понадобиться, она бы не стала. Ей пришла в голову одна мысль, как можно было бы разрешить данную проблему, но для этого ей требовалось уединение.
- Можно мне остаться тут одной на пару минут? Я вас догоню, - обратилась она преимущественно к Митяю, памятуя о том, что именно он остался за главного.
Тот смерил девушку оценивающим взглядом и неопределенно хмыкнул, решив, что ей приспичило в туалет.
- У тебя ровно три минуты, - он демонстративно постукал по циферблату своих электронных часов на руке и предупредил, - мы будем неподалеку.
Он махнул рукой остальным, и мужчины по цепочке прошли между скал, исчезая из виду. Карина, расстегнув молнию, тут же скинула куртку и поспешно стянула с себя светло-розовую маечку, оставшись в простом хлопковом бюстгальтере и болтающимся на шее амулетом. Наклонившись к ручью, она намочила майку и принялась торопливо растирать ею тело, наслаждаясь приятной прохладой. Однако ее тут же пронзило неприятное чувство, что за ней подглядывают. Она всем телом ощущала на себе чей-то пристальный взгляд и не могла отделаться от этой мысли. На краткий миг девушка оцепенела от страха, но ему на смену ему тут же пришла злость.
«Чертов извращенец!» - пронеслось в голове у девушки. Карина ни секунды не сомневалась в том, что поглазеть на нее вернулся Митяй. От кого еще можно было ожидать подобной подлости? Он ведь отвел ей три минуты, из которых еще и первая-то не успела толком истечь. Всплеск гормона норадреналина заставила кровь прилить к мышцам, и Карина приготовилась действовать. Она снова наклонилась к ручью, специально отпятив таз, и намочила блузку. Рядом с ручьем она заметила гладкий камень, раза в два крупнее куриного яйца, и взяла его в правую руку. Она была абсолютно уверена в том, что сзади к ней кто-то бесшумно подкрадывается. Ее план заключался в том, чтобы хорошенько хлестнуть мокрой тряпкой по физиономии Митяя, а потом пригрозить ему перспективой огромной шишки от камня, если он не оставит ее в покое. Легкий еле уловимый шорох, который Карина смогла расслышать только потому, что напряженно вслушивалась в тишину, нарушаемую лишь журчанием ручья, подтвердил ее опасения.
