— Я, — ответил Рон, а затем увидел ещё сильнее напрягшееся выражение лица Саурона. — Объясняю. У них появился сильный лидер — эмир Аршам. Он сплотил вокруг себя Харад и перестал работать за деньги. Чуть не взял под себя весь Гондор, но я этого не позволил. Теперь Денетор II находится в двояко вогнутом положении: с одной стороны мы как бы враги, а с другой мы спасли их от харадских огня и меча. Если сможешь как-то внедрить колечко в обиход наместника, то он очень быстро окажется у тебя в кармане. Ах да, раз про наместников… Арагорн, сын Араторна, уверенно движется на пути становления назгул. Работает на меня за две вещи: Королевство Гондора и Арнора и эльфийскую девицу Арвен. Всё это я могу дать ему хоть в этом году, но мне выгоднее, чтобы он имел мотивацию. Что ещё? В принципе, у тебя теперь есть большой штат заместителей, которые прекрасно знают, что надо делать, тебе остаётся просто указывать направление, а дальше они исполнят в точности. Главное — конкретно формулируй задачу.
— Моя армия? — поинтересовался Саурон.
— Сто пятьдесят тысяч подготовленных солдат обоих полов, полностью экипированных, вооружённых, готовых к бою в любой момент, — отчитался Рон. — При крайней нужде можно поднять ещё миллион ополчения, но это будет трудоспособное население Мории, обоих полов, из людей, орков и хоббитов, поднятое под ружьё, оружие для них до сих пор производится и складируется на мобилизационных складах. При совсем крайней нужде можно поднять ещё миллион, но это уже будут дети, способные держать ружьё. Правда оружия на них уже не будет. Но это только пока. Дай пару лет — закроем всю потребность.
— Ружьё? — Саурон залпом выпил стакан первосортного виски.
— Огнестрельное оружие, — ответил Рон и таким же образом выпил виски. — К-ху! Пройдём.
Он провёл Саурона на своё личное стрельбище, где тестировал различные образцы ручного огнестрельного вооружения.
— Вот это мушкет, — Рон взял со стойки длинноствольный нарезной мушкет. — Мушкетов нынче много, но этот особенный, можно сказать, не такой как все. Вот здесь есть место под пять боеприпасов, которые можно быстро зарядить, а вот тут дозатор для затравочного пороха. Ствол нарезной, из-за чего особой формы пуля закручивается и стабилизируется в воздухе, что позволяет ей лететь дальше и быстрее. Эльдары и люди используют преимущественно круглые пули, потому что так проще и легче, а главное — дешевле. Гномы не отступают от «канона» и делают точные копии наших мушкетов…
Рон быстро зарядил мушкет и выстрелил. Мишень из специальной глины, почти повторяющей плотность человеческого тела, обзавелась очень большой дыркой.
— … и наши ружья, — Рон взял со стойки однозарядное ружьё.
Заряжание заняло секунд пять, три из которых он потратил на насыпание затравочного пороха в специальный контейнер. Выстрел. Мишень обзавелась эквивалентной дырой но уже в другой части. Саурон молча смотрел на происходящее, не выдавая никаких эмоций.
— У гномов получается лучше всех, но их не так уж и много, чтобы превзойти наш эффект масштаба[43]. Поэтому в производстве оружия они отстают, к тому же, всегда вынуждены догонять, потому что не умеют разрабатывать свои образцы вооружения.
— А мы? — задал вопрос Саурон.
— А мы умеем, — заулыбался Рон. — Ребята в научном крыле с нуля разработали вот это ружьё. То есть примером для них было моё ружьё, но они сделали своё от начала и до конца, самостоятельно. И у них в разработке находится ещё десяток образцов на перспективу. И этот процесс уже не остановить. Они будут создавать новое, они уже подсели на это, никуда теперь не денутся. Но это разработка, это не так интересно, как производство! Наше производство крайне дешево, рабочие получают фиксированную зарплату, потому что выполняют ряд простых функций на конвейере, сырьё крайне дешевое, практически даром, потому что нет никаких посредников, все орки, трудящиеся там, делают это за фиксированную зарплату, продаём готовый товар мы сразу оптом огромными партиями по фиксированным ценам за единицу, потому что навязали такие условия покупателям. Они вроде как покупают дешевле, чем у гномов, но в то же время дороже, потому что при оплате они платят за условные сто тысяч ружей по фиксированной цене, без учёта влияния этих ружей на спрос. Рынок уже у нас в руках, мы — монополия, которая работает без оглядки на покупателя. Гномы ещё этого не знают, но они уже проиграли экономическую войну. Это не какой-то злой рок или неудача… Нет… Это просто игра изначально была нечестной.
— То есть ты хочешь сказать, что переиграл гномов в их любимую игру? — подвёл итог словам Рона Саурон.
— Да, если вкратце, то так, — кивнул Рон.
— И что мне тогда здесь делать? — недоумевающе спросил Саурон.
— Это придумали кто угодно, абсолютно кто угодно, но не орки, — уверенно произнёс Келебримбор. — Те орки, с которыми я имел дело, почти не способны на созидательный труд, а вот это не просто созидание, это искусство…
