Он поднял со стола статуэтку Тёмного Властелина, изготовленную из красного стекла. Точную технологию изготовления не разгадать, но это стекло было настолько прекрасным и чистым, что Галадриэль потребовала у Келебримбора скорейшей разгадки секрета.
— Ты узнал, как они это сделали? — напряжённо спросила Владычица Лотлориэна. — Не обязательно красное стекло. Ты понял, как они сделали синее?
— Узнал и понял, — ответил Келебримбор. — Но точно так же повторить мы не сможем.
— Но почему мы не можем повторить это стекло? — нахмурилась Галадриэль.
Он прекрасно понимал, что ею движет. Уизли навязал Средиземью свои условия. Раньше в деле изготовления ремесленных диковинок доминировали гномы, но эти коротышки из-за патологической жадности всегда были склонны складировать их в своих огромных закромах, изредка "бросая" на рынок скопившиеся излишки. К счастью для них, их изделия не знали такой вещи как устаревание, в основном ввиду отсутствия технического прогресса как такового. Поэтому кольчуги из гномьей стали, изготовленные во Вторую Эпоху, оставались актуальными и в Третью Эпоху. До определённого момента.
— Я не говорю, что мы не можем повторить это стекло, — вздохнул Келебримбор. — Я говорю, что точно так же мы не сделаем, ваши шпионы упустили ряд важных деталей, а также не смогли узнать, что такое "кобальт". Это могут быть как мифические антагонисты гномов, которых никто и никогда не видел, так и обозначение какого-то неизвестного нам минерала. Рудники Мории хранят в себе столько секретов… Синее стекло для нас пока что недоступно. Но я уже понял, как они делают красное стекло.
— И как же? — подобралась Галадриэль.
— Золото, — хмыкнул Келебримбор. — Они добавляют в шихту золото, таким образом, непонятно как, стекло получается красным или розовым, в зависимости от количества золота.
— Это всё, что мне нужно было знать, — встала из-за стола удовлетворённая Галадриэль.
— Это ещё не всё, — остановил её раздражённый Келебримбор. — Я не ожидал от мудрой владычицы Лотлориэна такой запальчивости и спешки. Что происходит?
— Говори быстрее, — потребовала вернувшаяся за стол эльфийка.
— Я ничего не скажу, пока ты не расскажешь мне, что происходит, — поставил условие мастер.
— Хм… — нахмурилась Галадриэль. — Хорошо.
В покои, определённые Келебримбору для отдыха, в этот момент вошёл Элронд.
— Что-то случилось, владычица? — спросил он с порога.
— Скоро мы пойдём в мастерскую, — ответила ему Галадриэль. — Но сначала надо рассказать Келебримбору ЧТО ИМЕННО сейчас происходит. Предоставляю эту честь тебе.
— Хм… — тоже хмыкнул Элронд. — Что ж…
Он уселся с торцевой части стола и окинул Келебримбора настороженным взглядом.
— То что ты сейчас услышишь, не должно покинуть границ твоего разума, — произнёс он. — Информация слишком опасна… для нас. Поклянись.
— Что вам мои клятвы? — вздохнул Келебримбор устало. — Хорошо. Я клянусь, что ни при каких условиях не буду разглашать то, что сейчас услышу от тебя, Элронд.
— Внемли же, — Элронд поправил свою серебряную диадему и начал рассказ. — Мы увядали. Это был длительный процесс. Длительный и поддающийся неспешному планированию. Но что-то изменилось, мы не понимали, никто не понимал, мы просто не видели общей картины, никто не видел. Никто, кроме Валар. Ниэнна, больше всех расположенная к нам, квенди, снизошла до владычицы Галадриэль в вещем сне. Она передала послание, что увядание непосредственно связано с Рональдом Уизли, Чудовищем из-за Изнанки. Благословенный Эру Илуватар не вмешивался в ход песни, которую Уизли начал злостно разрушать, поэтому Валар не смели как-то касаться этой явной проблемы. Только Ниэнна осмелилась и, судя по ощущениям Галадриэль, сурово пострадала от остальных Валар. Ибо усомнилась…
— Это всё безусловно очень интересно, — неловко улыбнулся Келебримбор. — Но мне нужна суть, а не история из быта Валар и прочих Айнур.
— Вот именно к этому я и веду, — Элронд скорбно поморщился. — Время начало идти быстрее, все начали куда-то торопиться — это главная вина Уизли. Казалось бы: орки скоротечны, их старики редко доживают до шестидесяти осеней — как их можно ускорить ещё больше? А он смог. Секрет оказался в том, что мы только терпим у людей: образование. Искажая вольные разумы орков, да-да, пусть и орочьи, но вольные, Уизли ставит их на службу своим интересам. Он ввёл "культ математики". Раньше мы думали, что это просто счёт, ведь арифметика никого не должна напугать, но это оказалась не только она. Высочайшие адепты его "школ" и "институтов" уже начали постигать некие "логарифмы", природа которых нам до сих пор неизвестна. Величайшие умы ломают головы над полученными образцами этих загадочных "логарифмов", но мы испытываем проблему недостатка знаний…
— Ты отвлёкся и увёл мысль слишком далеко, Элронд, — остановила его Галадриэль.
