Прошлась по Невскому, пообедала в кафе с видом на Кафедральный собор. Я… несмотря на то что Марк часто в командировках и много работает, редко чувствую себя свободной. За всеми хлопотами по дому, учебой и работой не помню, когда это было в последний раз. Все время кажется, что не успеваю, что занимаюсь чем-то не тем. Если и позволяю себе отдых, то непременно мучаюсь виной.
А тут… я просто провела день в удовольствие. Сбежала.
Баженов обманул: он не смог освободиться к назначенному времени. Вернее, физически приехал, но продолжал висеть в телефоне и грозно хмуриться своим мыслям. Неудивительно, что те испуганно разбегались, не давая ему закончить начатое.
Но это ничего, молчаливая охрана на шумном мероприятии — как раз то, в чем я нуждалась. Демьян свою роль исполнил на пять с плюсом: оберегал от скачущей толпы, ходил в бар за шампанским.
Сам концерт прошел изумительно. Все началось с того, что группа не опоздала, начала минута в минуту. Настоящие мужики, как бы Марк их ни оскорблял.
Полтора часа громкой музыки, драйва, знакомых песен. Я позволяла себе орать в толпе, не переживая, что муж узнает и покрутит у виска. Для него вся моя музыка — примитивная. И нет, я очень уважаю и искренне люблю ту музыку, которую слушает он, но иногда душа желает чего-то кроме классического рока.
Солист едва вышел на сцену — сразил энергетикой. Это врожденный талант. Я жадно впитывала свободу, эмоции других людей. Психолог посоветовала сделать что-то из своего прошлого, то, что любила до Марка и без Марка. Прожить эти ощущения. Подумать о том, что чувствую.
Рискованное дело, не так ли?
Я, если честно, совсем запуталась, что чувствую и чего хочу.
— Спасибо, что сходил со мной, — благодарю Демьяна, который заканчивает очередной разговор.
— Извини, пожалуйста, дурацкий в плане работы день. Я не могу рассказать подробнее.
— Ничего страшного, я сама очень устала.
Лгу, но так правильно. На улице хоть и светло, на самом деле полночь близится. Давно пора домой.
— Вызову такси. Мне очень понравился день. Правда. Не жалею, что поехала.
— Завтра какие планы? Пообедаем вместе?
— У меня самолет рано.
— Позавтракаем?
— Марк встречает в аэропорту, мы договорились поесть вдвоем. Да и не успеем, вылет в семь.
— Понял. У нас, получается, осталось несколько часов, — говорит Демьян, что-то прикидывая.
— Несколько часов для чего? — хмурюсь.
— Я действительно на сегодня свободен. — Демьян демонстративно выключает телефон и убирает его в карман.
Это простое, казалось бы, действие почему-то шокирует. Я застываю и пялюсь на Баженова снизу вверх. На этого взрослого занятого мужика, который мне, по сути, никто. Друг. Просто друг из прошлого, с которым так комфортно. Едва держусь, чтобы не кинуться на шею и не обнять.
Крепко-крепко. Изо всех сил. То, чего хочется в глубине души весь день и что я никогда себе не позволю.
Молчу.
Мы так не делаем — не выключаем телефоны никогда, ни при каких обстоятельствах. Готовы и должны быть на связи с миром двадцать четыре не семь.
Демьян хочет побыть со мной еще. Это не дань вежливости, не выполнение просьбы. Это его желание, которое совпадает с моим, потому что совсем не хочется домой. Хочется продолжать гулять по Питеру.
Наверное, Баженов застал меня врасплох, а может, дело в шампанском, поэтому соглашаюсь. И выключаю свой телефон тоже.
Мы с Демьяном без сотовой связи, поэтому не можем вызвать такси и добираемся до нужного бара пешком. Заваливаемся туда, уставшие, голодные, и сразу идем к барной стойке. Я прошу еще один бокал игристого, а Демьян заказывает себе серию шотов и два самых больших бургера.
Он пьет подряд четыре, пьянеет через десять минут. И мы смеемся. Много, громко, без какого-то повода! Просто потому, что весело.
Спустя еще три часа, а также два бара, где что-нибудь едим или пьем, мы оказываемся в совершенно незнакомом мне месте. В каком-то старом дворе, возле чужого дома. Демьян, в отличие от меня, растерянным не выглядит, запросто приглашает в темный подъезд.
Эм… Что?
Вроде бы я доверяю ему… но и чувствую внутренний холодок: мало ли что в голове у этого человека. Вот так умереть будет достаточно позорно, окружение Марка засмеет.
— Ты куда меня ведешь? — шепчу.
— Тише, увидишь.
— Демьян, мне страшно… реально страшно.
— Не кричи, все спят, — шикает он. — Доверься.
В пакете весело гремят бутылки, которые он купил в баре. Мы заходим в подъезд, вызываем крошечный лифт и едем наверх. Долго едем. Время тянется, тревога царапает кожу.
Когда Демьян распахивает дверь на чердак и предлагает шагнуть в полную темноту, я категорически отказываюсь. Это уже ненормально. Это жутко.
— Вдруг там кто-то есть?
— Все может быть. — Демьян подталкивает. Включает фонарик на брелке и шагает первым.
В черную-пречерную темноту, навстречу неизвестности.
Пульс стучит. Я едва поспеваю, стараясь смотреть под ноги. Остро хочется включить мобильник и хотя бы приблизительно определить, где мы находимся.
Демьян доводит меня до лестницы, забирается по ней и открывает люк. А потом ступает на крышу.
— Ты, блин, серьезно? — шиплю я.
— Абсолютно. — Он протягивает руку.
