— К чему этот разговор, я не понимаю! — дергается Маргарита. Симпатичная, чуть полноватая женщина, ровесница Марка. Она бы мне понравилась, если бы не спала с моим тогда еще мужем у меня за спиной. — Абсолютно лишнее, Кристина.
— И тем не менее вы приехали аж из Ростова, — произношу я довольно резко. — Значит, эта встреча была нужна нам всем, чтобы поставить точки. Я знаю, Маргарита, что именно вы заказывали негативные рецензии на мои работы у Муравья.
Она вновь дергается, отстраняется. Натали, юная совсем девчонка, меняется в лице.
— А вы, Натали, ставите дизлайки на все мои работы. Это бессмысленно и даже мило. Мой нынешний парень кое-что шарит в компах, и, когда я попросила его о помощи, он без труда навел справки. Но пригласила я вас не для того, чтобы ссориться. Понимаю, хороших мужчин мало, и вы обе, должно быть, очарованы Марком Россом, как когда-то была очарована я. Не знаю, что он вам наговорил обо мне, если вы столько лет были не против оставаться в тени и ждать, но я бы хотела сообщить правду. То, как дела обстоят на самом деле. Про материальное положение моего бывшего мужа, а я точно заберу половину дома, квартиры и прочего имущества. О том, что он ударил меня по-настоящему, а не я придумала какую-то фигню, чтобы получить бонусы при разводе. И о том, что после общественных работ у него случится еще больший откат в карьере. уду рада, если кто-то из вас его поддержит в действительно сложной ситуации, потому что поддержка Марку понадобится. Лично меня он уже задолбал своими угрозами и сообщениями. Распечатки того, что он пишет, я принесла. — Достаю из сумочки листы бумаги. — Можете ознакомиться. Зачем я это делаю? Потому что есть потребность высказаться, а вы все-таки слишком долго тайно следили за моей жизнью, чтобы отказаться от новой информации. Давайте уже начистоту.
Мы говорим около часа, после чего я ощущаю такую легкость, словно скинула несколько килограммов тоски. Я чуть больше рассказала о себе. Зачастую любовницы «расчеловечивают» жен, представляя их глупыми, никчемными созданиями. Так, наверное, проще жить. Но я решила положить этому конец и познакомила девушек с собой настоящей. Искренне пояснила, как больно мне было узнать правду, как по-свински Марк ко мне отнесся. Много лет Маргарита любила его и ждала, когда уже он оценит и выберет ее. Натали, когда мы поженились, еще в школе училась, она славная девочка модельной внешности. Очаровать ее было просто: хороший телефон в подарок, средненькая съемная квартирка после общаги.
«Я приехал», — приходит от Демьяна, и я тут же заявляю:
— Мне пора. Думаю, это была наша первая и последняя встреча. Еще раз повторяю: в суде я не отступлю и заберу до копейки все, что причитается мне по закону. Помимо меня у Марка есть дети от первого брака и бывшая жена Василиса, которая тоже далеко не промах и виды на вторую половину дома имеет весьма конкретные. Также у Марка престарелые капризные родители, которых он содержит и которые заочно ненавидят всех женщин, что появляются в жизни сына. Потянете — удачи.
С этими словами я поднимаюсь, накидываю пальто и выхожу из кафе, не оглянувшись. Я виду не показывала, но нервничала, так, что чертовски взмокли подмышки. Боли больше нет, но задета гордость, и она тихо завывала весь этот гребаный час. Они знали меня за глаза столько лет! Обсуждали со своими подругами! Терли! Желали зла! Подло ставили дизлайки и заказывали негативные отзывы! Ненавижу! Злости все еще много. Сцепляю зубы.
Но ничего, справлюсь. Часть меня, какая-то светлая, чистая, умерла вместе с тем хлопком по ушам.
Наверное, теперь я справлюсь хоть с чем на свете. После этого идиотского кофепития — тем более.
Нам с этими девушками стоило увидеться и поговорить. Нет, мы, конечно, не подруги и подругами никогда бы не стали, но у нас была одна беда на всех — мужчина, из-за которого мы друг друга заочно терпеть не можем. Почему-то хотелось, чтобы они увидели, насколько этот Казанова жалок и ничтожен в своих порывах.
Я старалась говорить спокойно и бодро. Они обе плакали, особенно Маргарита, Натали робко извинилась. А я… я почувствовала, что переросла моногамию. Ту самую, что загоняет людей в горе, требует верности, но не обещает женщине взамен ничего, кроме обиды и нового круга боли.
Ту самую, исковерканную мужчинами до безобразия моногамию, когда жены терпят годами, страдая и иссушая себя. Ненавидя соперниц, в то время как те — точно такие же жертвы, сражающиеся за приз. Вот только что делать, когда этот приз им на голову свалится? Маргарите и Натали скоро придется это выяснить.
Пока я пила кофе, за окном окончательно стемнело, а московский воздух еще сильнее остыл. Я хватаю его ртом, выйдя на крыльцо. Пульс приятно ускоряется, а кожу покалывает: Демьян приехал. Вот уже больше месяца мы с моим бро — не разлучаемся.
Черный, взятый напрокат мерс, нарушив все правила, криво припаркован у самого крыльца, поэтому добегаю до машины, практически не успев замерзнуть.
Едва сев в салон, вдыхаю аромат роз, оборачиваюсь и вижу букет на заднем сиденье.
— Это мне?
