Еще через час он уезжает в «СоларЭнерджи», чтобы совершить каминг-аут и рассказать о «звездном» прошлом, а я возвращаюсь в номер и пакую наш чемодан. Мысли в голове всякие, но о плохом стараюсь не думать. Не верю, что Демьяна посадят после всего, что он сделал. Не хочу даже думать о таком исходе.
В какой-то момент, когда я аккуратно и бережно складываю его рубашки, впервые чувствую фантомную боль в сердце — острый, быстрый укол. Как предвестник того, что наши отношения когда-нибудь закончатся. Финал предопределен — мой парень хакер и гений, такой, как я, ему будет мало. Да что там, даже Марку Россу было меня мало — куда уж Демьяну Баженову! Я пошла в эти отношения за безопасностью и свободой, что и получаю с лихвой, но знаю наверняка: однажды сказка закончится. В будущем меня, должно быть, уже ждет какой-то другой мужчина, подвенечное платье и очередные клятвы сделать самой
Я вдруг прижимаю рубашки Демьяна к груди сильно-сильно. Знаю все, понимаю, не дура, и отчаянно боюсь, что то самое
Громкая музыка проникает под кожу, я сливаюсь с ней воедино и плавно двигаюсь в такт. Поднимаю вверх руки, делаю эффектную волну, чувствуя себя спокойной и прекрасной. Вольной как птица, легкой, совершенной!
Если предположить, что уверенность в себе — это рефлекс, то за последние месяцы я его выработала в совершенстве и теперь жадными глотками пью самостоятельность, неизбежно взрослею, ловлю баланс и наслаждаюсь той новой собой, которой становлюсь.
Зима выдалась жаркой — мы с Демьяном облетели почти всю Азию. Он руководил NST по удаленке, параллельно встречался с приятелями, разбросанными по свету, собирал информацию, готовился к чему-то важному. Между делом прочел пару-тройку лекций в вузах, на каждой из которых я обязательно присутствовала. Практически ничего не понимала, но посмотреть на него, любимого, за кафедрой — было настоящим искушением.
Студенты и преподаватели ловили каждое слово, иногда вступали в жаркие эмоциональные дебаты, которые Демьян с интересом поддерживал. В эти часы он был невыносимо хорош собой. Пугающе умный, знающий себе цену, достигший к тридцати годам уникального мастерства. Но при всем при этом Демьян не выглядел пафосно. Напротив, запросто делился опытом, не опасаясь конкуренции с подрастающими айти-гениями. Мне даже показалось, он хотел этой конкуренции, ждал себе замену, которой пока не предвиделось.
Работы у Баженова был вал!
Я все чаще замечала в его глазах тяжесть и усталость, несвойственные возрасту. Заломы между бровями и у губ становились резче и хуже разглаживались в периоды релакса. Я улавливала малейшие изменения. Боже, да я помню Баженова совсем пацаном еще, от меня не скроется ни одна лишняя черточка на его лице или теле! Когда от него веяло негативом, я молча забиралась на колени, обнимала за шею и целовала в висок. Демьян неизменно обнимал в ответ.
Находясь с ним вдвоем в чужих странах, не владея местным языком, да и английским — со сложностями, без денег (мой доход хоть и возрос, но его все же не хватало на жизнь в Сингапуре, Токио и Тайване), я не услышала ни одного злого слова. Что бы ни происходило за эти месяцы. Ни разу Баженов не сорвался, не выказал раздражение. И постепенно, спустя недели, я перестала зажиматься и внутренне ожидать атаки.
Потребовались месяцы рядом с любимым мужчиной, чтобы окончательно расслабиться и осознать, что никто никогда больше не будет ругать или унижать меня.
Я нравилась Демьяну любой, что бы ни надевала, как бы ни выглядела, какие бы ошибки ни совершала. Так же как и он мне.
В этих комфортных условиях, с трудом и скрежетом я медленно шла к себе новой и в какой-то момент, рано утром, пока варила кофе, вдруг осознала, что значит чувствовать себя свободной, будучи в отношениях. Раньше эти два слова были антонимами. В голове не укладывалось, ведь союз — это как раз отказ от свободы в пользу другого человека! На самом деле я просто нашла ключ, и схема заработала.
Оказывается, дело в уважении. Одно лишь уважение к себе и партнеру не позволит изменить, предать, унизить, причинить боль или солгать. Я безмерно уважаю своего красивого кибервоина, а он уважает меня. Мы стали лучшими друзьями, которые занимаются любовью, мы хакнули жизнь.
Марк Росс никогда не уважал меня, и когда я перестала уважать его, а это случилось за пару лет до разрыва, все и покатилось в пропасть.
Пока Демьян трудился, я тоже не сидела сложа руки: совершенствовала английский, занималась иллюстрациями, пробовала разные направления, набивала руку, вдохновлялась новой культурой и искала собственный стиль. Стоимость моих работ значительно возросла, а очередь из клиентов выстроилась на полгода вперед. Я серьезно занялась йогой и танцами, начала лучше чувствовать свое тело, подтянулась и преобразилась.
В свободные минуты мы с Баженовым наслаждались друг другом.
