Между тем на сцене «Девы Рейна» приводит всех в бешенство и отчаяние. Их средний возраст, должно быть, около семидесяти четырех лет. У скрипачки, которая дирижирует оркестром, такое лицо , что она может претендовать на роль Мадам Пипи в подземных клозетах. Когда она играет, ее скрипка, следуя движениям смычка, цепляется за вставную челюсть, падения которой я ожидаю с минуту минуту.
Однако я пришел сюда вовсе не слушать музыку. Я осмотрел зал и имел невыразимую честь заметить за одним из столиков Матиаса. Он сидел ко мне в профиль и был с девушкой, которая находилась спиной ко мне. Насколько я мог составить себе представление, отношения их были отнюдь не холодными. Мой приятель держал свою пастушку за руку и жадно целовал. Значит, я зря бил тревогу. Люди из сети Мохари более терпеливы и более искусны, чем я предполагал. Видимо, они решили воспользоваться Матиасом в нужный момент.
Женоподобный официант задал мне вопрос на швейцарско-немецком.
— Вы говорите по-французски, дружище?
— Немного, я служил четыре года в Табарэне! — сказал он.
— Вы не из Панамы?
— Это видно?
— И слышно тоже!
Он стал внимательно разглядывать меня...
— Скажите...
— Да!
— Вы случайно не киноактер?
— Нет, почему?
— У меня впечатление, что я где-то видел вашу фотографию...
Жемчужины пота украсили мой нос.
— Это просто сходство. Все говорят, что я похож на Кэри Гранта.
— Я этого не нахожу, — заметил недоделанный.
— По-вашему, я более схож с Габриэлло?
— Я этого не говорил...
Мне стало не до шуток, я не хотел лишних осложнений.
— Принесите мне кислой капусты и бутылку белого, любезный!
— Хорошо, месье!
Он удалился, подпрыгивая. Я продолжал наблюдать за Матиасом. Возможно, он закадрил девицу в Берне, а ублюдки из сети скоро появятся, чтобы расправиться с ним.
Я мог только посоветовать себе глядеть в оба и как следует. Во всяком случае я находился между выходом и Матиасом. Оставалось только ждать. Возможно, представится случай незаметно предупредить Матиаса.
Гарсон, изображающий парижанина, а сам-то лопух лопухом, появился, неся огромное блюдо, на котором дымилась гора капусты. Ее аромат щекотал мне ноздри. Я был голоден как волк...
Не напрягаясь, я уничтожил воз тушеной кислой капусты, дымящихся сосисок, шпика, ветчины, картофеля. Бутылочка белого последовала туда же. Когда я отодвинул тарелку, почувствовал себя громадным, как Кинг Конг.
Матиас все покусывал пальчики своей спутницы. Этот чертов Матиас всегда начинал с того, что опрокидывал какую-нибудь красоточку, где бы ни появлялся. Кроме себя, я не знаю субъекта, более шустрого, чем он, в такого рода развлечениях... Я не мог удержаться от смеха, видя, как он предается культу, действующему (если можно так выразиться) в среде влюбленных. Когда вы наблюдаете со стороны все слащавости, которым они пылко предаются, у вас появляется желание биться задом о километровый столб.
Прикончив бутылочку белого, я заказал крепкого, чтобы немного взбодриться, и начал немного хмелеть. Если я выберусь из этой небывалой авантюры, клянусь вам, что буду отдыхать на Лазурном берегу, понравится это Старику или нет.
Но до этого надо еще дожить!
В конце концов, сказал я себе, можно подойти поближе к их столу. Когда Матиас меня увидит, он, если сочтет возможным, прямо или косвенно свяжется со мной. Он волевой, энергичный молодой человек, и, хотя не очень давно принадлежит к нашей службе, всегда проявлял похвальную инициативу.
Я расплатился с гарсоном и двинулся по направлению пары. Матиас, украдкой целовавший в шею свою спутницу, заметил меня, и его глаза округлились. Я посмотрел в зеркало, находящееся напротив влюбленной пары и ощутил сильный разряд в спинном мозгу! Девица, которую он чмокал, была ни кто иная, как моя отравительница, очаровательная Грета собственной персоной!
Сюрприз что надо! И каков! Я резко развернулся и направился к туалетам, где немного подождал Матиаса, надеясь, что он последует за мной.
Действительно, вскоре он появился. Сделав вид, что не знаком со мной, и убедившись, что кабинки не заняты, он вынул расческу из кармана и стал перед умывальником приводить в порядок свою черную шевелюру. Не глядя на меня он прошептал:
— Итак, что происходит?
— Меня хотят попробовать на роль Буфалло Билла в Голливуде, так что я тренируюсь...
— Брось ломать комедию! Что произошло?
— Это ведь ты известил Старика о прибытии Влефты, который, кажется, тебя знает?
— Да.
— Старик поручил мне ликвидировать его...
— Я знаю...
— Вот только девица, которая здесь с тобой, едва не помешала мне это сделать!
Он подскочил:
— Грета?
— Да, она меня роковым образом соблазнила, заманила в пустой холодный дом и напичкала отравой... Если бы мой желудок не был луженым, ты мог бы заказывать венок из роз.
Это разоблачение его ошарашило.
— Ты уверен, что не ошибся?
— Не будь дураком, сынок! У меня наметанный глаз! Моя сетчатка гораздо сложнее, чем любой «Кодак»... Стоит мне кого-нибудь увидеть хотя бы один раз, особенно какую-нибудь... Я уже не забываю.
Он давно забыл про свою прическу, и я продолжил:
— Это твоя нимфа?
— Ну...
