Граф лишь попросил, чтобы я выделил несколько моих солдат, чтобы управлять повозками. Несколько — это семеро — пять повозок и две кареты, потому что из слуг графа осталось в живых всего двое стражников. Израненных, но раны были скорее поверхностными. То ли солдаты были опытными, то ли повезло.
Что меня удивило, так это то, что за всё время никто мимо нас не проехал. То ли так совпало, то ли ещё что.
Довезли графа до ближайшего городка, и там я его и оставил, хотя граф настаивал, чтобы проводили его до самой резиденции. Я коротко ответил, что у нас приказ, и мы обязаны его выполнить, даже разверзнись над нами небеса. Сопровождение графа нашему приказу не соответствовало никак.
Потом Антела долго выговаривала мне, что я поступил неправильно, что граф обязательно обидится, может сделать какую-нибудь гадость, но я только усмехнулся.
— Антела, у меня есть дворянство, но нет титула, который можно отобрать. Король даровал мне поместье, но я ни разу там не был и не имею понятия где оно находится. Я работаю в архиве академии, но совершенно не держусь за эту должность. Меня можно арестовать, но это будет самый страшный день в истории той тюрьмы, куда меня решат заключить. Можно и убить, но я, вроде, такого наказания ещё не заслужил. Так что граф может гневаться, писать кляузы, но на его мнение мне совершенно наплевать.
Антела подумала-подумала, и успокоилась. Действительно, что мне может сделать граф, какой бы влиятельный он ни был? Я всего лишь уйду из академии, и неизвестно, кому от этого будет хуже.
Ну а дальше дорога прошла без приключений. Ещё не доехали до Турмала, как колонна военных нас догнала. Кенри кивнула на наши приветствия, и военные уехали вперёд, оставив нам офицера, у которого была карта и знание каких-то примет. Вроде бы достаточно было оставить нам карту, но оказалось не всё так просто. Местность была какая-то… Много больших рощ, между ними большие просветы, и все похожи друг на друга. С десяток деревень, и везде во всех направлениях дороги, дорожки, тропинки. Пришлось даже несколько раз спрашивать местных, чтобы найти дорогу к «проклятому» поместью.
Поместье мы всё-таки нашли. Вся сложность была в том, что вела туда едва заметная просёлочная дорога, и определить заранее, куда она приведёт, было трудно. Проще было двигаться по солнцу, компасу, но леса вокруг были сильно заросшими, и двигаться вперёд, не вырубая дорогу, было проблематично. Можно было ехать верхом, но раз сказали, что есть дорога, то бросать обоз не хотелось.
Когда добрались до поместья, военные уже были там. Всё как положено — палатки как по линеечке, обоз в одной куче, даже часовых поставили.
Само поместье выглядело странно. Сначала был лес, а потом словно остров в океане. В том смысле, что мы увидели каменную стену примерно в рост человека. И что странно, метров десять с нашей стороны стены были старательно вычищены, всё кусты и деревца вырублены, и даже трава скошена. А вот за забором было дикое буйство, словно там был тропический лес. Не, деревья обычные, лиственные, характерные для этой полосы, но там никто никогда не прибирался, не вырубал, не чистил от старых деревьев и разросшихся кустов, и теперь там было настоящее месиво. Такое иногда называют чащей, или ещё как.
Мы, как приехали, оставили солдат обустраиваться, а сами пошли осмотреться. Уже привычно разбились на пары. Мы с Антелой пошли направо, мужчины слева, да ещё у обеих пар по солдату сзади. И все настороженно осматривались. Что бы ни говорила Кенри, что снаружи безопасно, но в таких делах верить нельзя. Мало ли кто и что говорит. Может какую ловушку удачно обошли, может переступили через сигнальную линию, и у кого-то обошлось, а вот нам может и не повезти. Тем более, что по словам Кенри, здесь бывает только смотритель, живущий в доме в нескольких сотнях метров от этой стены.
Но ничего страшного не случилось. По примерным прикидкам, диаметр этого круга-острова был примерно четыреста метров, так что внешний осмотр занял от силы час. Несколько раз заглядывали за забор, но везде одно и то же буйство растений. Как здесь пробираться и что-то искать? Если здесь какие-то ловушки с неизвестным принципом действия, то хрен их в этом месиве заметишь.
Вернувшись в лагерь, неспешно поужинали, ожидая команд начальства. У нас, кстати, сложились не совсем обычные отношения с моими спутниками. В дороге я предпочитал ехать только в своей повозке, сам готовил себе еду, ухаживал за лошадьми, а когда доходило до настоящего дела, я с чистой совестью перекладывал всё это на солдат Тахоса. Голова как-то была другим занята, чтобы ещё тратить время на бытовые заботы. Да и заботы обо мне лично выражались разве что в лишней чашке похлёбки из общего котла, да присмотре за лошадьми.
