Сверху ругался, приноравливаясь к стволу Мишка, – до него, наконец-то дошло, и он очень торопился!
А затем, визжа от страха и восторга в наши распростертые руки рухнул, отпустив раскачивающийся ремень, мой братец.
И мы так обрадовались и воодушевились, что стали несокрушимо смелыми.
И когда дорогу нам преградил неугомонный ночной злодей чемодан, мы не бросились врассыпную, а зашагали прямо на него и он, увидев наши решительные лица и веселую твердость в глазах, вдруг заскулил и затявкал жалобно, перед тем как исчезнуть в темноте испуганным и посрамленным. А мы зашагали дальше к светящимся окнами домам.
Мы решили подзаработать……. Попрошайничеством. Довольно интересно…. И прибыльно.
Сашка нам все уши прожужжал со своим предложением. Где-то вычитал или по телеку подсмотрел и завелся.
Нам с Мишкой немного страшновато было, а потом и мы с ним размечтались,– сколько денег на халяву заработаем, да как потратим.
– Мишка – говорю я ему, – я тут у Гиляровского прочитал, – у одного нищего, когда он умер, в подстилке со вшами два миллиона долларов нашли, а он объедками питался!!!
– Повезло – чихая от пыли, сказал Мишка, – ну не то что он помер, а что деньжищ столько нахапал.
– Он, наверное, не знал, что с ними делать, куда истратить…….Вот если бы у меня был миллион долларов, то я бы сразу на него купил…
– Размечтался – прервал меня Сашка, – лучше дай мне еще тот крем для загара, я себе синяк погуще подрисую, а то, как то блекло получилось.
Забыл вам сказать, что мы как раз к своей новой работенке подготавливались.
Ведь не пойдешь же деньги просить в костюмчике – надо загримироваться. Я себе усы из выщипанного кота приклеил, повязку на глаз соорудил, а под треники с футболкой перьевую подушку засунул – ребята надо мной потом долго ржали.
Мишка костыли из дома притащил, (от прабабушки остались) помятую шляпу и два теннисных шарика, он их за щеки собирался потом засунуть.
Ну а Сашка в какую-то половую тряпку завернулся, правда он уверяет нас, что это просто старый плащ, которым машинный двигатель вытирали.
Он из нас получился самый страшненький со своим синяком под глазом и грязными ручками.
Ну, мы только на улицу вывалились, как у нас проблемы начались, как-то мы сразу приглянулись.
Ребята нас во дворе обступили:
– Ну, Димка, ну Сашка – клево вы вырядились, просто последние уроды!
– Вы зачем придуриваетесь, можно мне с вами?
– Мишка дай один костыль, пожалуйста, я тоже так хочу.
Все нас конечно сразу узнали! Даже странно и обидно! Еле от них отбились!
Хорошо в метро только за деньги пропускают, а то так бы и увязались.
Встали мы в центре перрона, приготовились. Мишка стал шары в рот запихивать, а они не запихиваются, еле уместились, правда, у него немножко рот остался приоткрытым, и болтать он перестал, но это даже смешнее.
Вскоре поезд подошел, двери раскрылись и мы вошли. Вошли в вагон такими скромненькими уродами, встали в уголочке и молчим.
Вагон качается, и мы качаемся и молчим, потому что как-то неожиданно растерялись. Пассажиры на нас поглазели немножко, поудивлялись, и с каменными рожами сидят, чтобы не рассмеяться. Редко таких придурков, как мы в метро встретишь.
– Хыхо ты хихих гыгы швонибуть – толкнул меня в бок Мишка, мячики во рту ему явно мешали.
– Начинай – шепнул я Сашке, но тот совсем струсил и умоляюще смотрел на меня своим подбитым глазом. Синяк у него почему-то стремительно темнел, наверное, от волнения.
И тогда я насильно раскрыл свой рот и хрипло, срываясь на фальцет, протянул: – граждане подайте убогим карликам на проппппитание.
И мы, раскачиваясь и громыхая костылями, начали свой знаменательный поход.
– Господи, у маленького мальчика уже растут усы – ужаснулась старушка, одарив меня рублем.
– Папа, это разбойники – с любопытством ткнул в нас пальчиком пятилетний мальчик
– Нет, сынок, это клоуны, видишь, у того мальчика ус отклеивается.
Пройдя вагон, мы, наконец, дождались остановки. Моя перьевая подушка неумолимо стягивала с меня тренировочные штаны, как всегда подвела слабая растянутая резинка.
Мишка же с шарами за щеками весь изошел слюнями, напоминая вечно сопливого боксера.
– Чуть рот не порвал – пожаловался он, с трудом от них избавляясь.
– Мишка, возьми лучше мою подушку, у тебя в штанах ремень, а не резинка – попросил я его.
Но сколько мы не пытались, подушка под Мишкиной рубашкой не помещалась.
– Давайте!!! Давайте же быстрей – торопил нас ненасытный Сашка. Синяк у него под глазом к тому времени сделался чернильно-черным.
– Тогда забирай у Мишки один костыль, чтобы он мог нести мою подушку – сказал я.
– Нафиг мне твоя подушка, давай ее выкинем – возмутился Мишка.
– А на чем я буду спать – придерживая усы рукой, вспылил я.
И мы пошли в мир, попрошайничать дальше.
Спустя час мы подсчитали свою выручку и убедились, чтобы оправдать траты на входной билет в метро, нам придется еще поработать.
– Что-то и как-то негусто, – с треском почесал вихрастую голову Сашка, – может, надо было приходить в час пик?
