Гляжу все чаще яСредь шума будничногоНа уходящееС чертами будущего.Мне жалко поезда,Вспять откатившегося,Дымка и посвистаНевоплотившегося.Ташкентской пыльюВполне реальнойАрбат накрылоМемориальный.Здесь жили-были,Вершили подвиги,Швырнули бомбуЦаризму под ноги.Смыт перекрестокС домами этимиВзрывной волноюЧрез пол столетия.Находят кольца.А было — здание.Твои оконцаИ опоздания.Но вот! У зданийАрбата нового,Вблизи блистанийКольца Садового,Пройдя сквозь сыростьДревесной оголи,ОстановиласьКарета Гоголя.Он спрыгнул, прячаСебя в крылатку,На ту — Собачью —Прошел площадку.Кто сел в карету?Кто автодверцейВ минуту этуУдарил с сердцем?Кто, дав спасибо,А не мерси,Расстался с нею —Уже в такси!Ведь вот, послушай,Какое дело.Волной воздушнойИ стих задело.Где зона сломаИ зона сноса,Застряло словоПолувопроса.Полумашина,ПолукаретаУмчала отзвукПолуответа…Прощай, любимая!В твоем обличьеНеуловимоеЕсть что-то птичье,Все улетающее,Все ускользающее,Одна слеза еще,В улыбке тающая.И все. С обломкамиЯ за чертою,С мечтой, с обмолвками,Со всей тщетою.Прощай, летящая,Прическу путающая.Все уходящееУходит в будущее.1967
«Нет сил никаких улыбаться…»
Нет сил никаких улыбаться,Как раньше, с тобой говорить,На доброе слово сдаваться,Недоброе слово хулить.Я все тебе отдал. И тело,И душу — до крайнего дня.Послушай, куда же ты дела,Куда же ты дела меня?На узкие листья рябины,Шумя, налетает закат,И тучи на нас, как руиныВоздушного замка, летят.1967
Речной вокзал
Заиндевевшие снасти,Синь, затаившая дух.Как привалившее счастьеЭти сугробы и пух.Это ведь было до снега,Возле воды и весла.Льстивая тайна побегаСлавою нас обошла.Помню осенние воды,Сеть расписаний сухих.Вмерзли твои пароходыВ лед опозданий моих.На берегу, как в затоне,Остановились года.Лишь дуновенье погониШло по воде иногда…Нет ни бесславья, ни славыВ том, что, темнея на цвет,Чьи-то заставы и травыНам уносились вослед.Здесь задыхались от бегаИ не прощались они…Все это было до снега,Перебелившего дни.Заиндевевшие снасти,Даль, затаившая дух,Как привалившее счастьеЭти сугробы и пух.1967