Пока наши губы изучали друг друга, меня внезапно оторвали от земли и усадили на краешек комода.
Руки Джаса ласково развели мои колени в стороны, ладони заскользили по бёдрам, задирая полы халата и ночной рубашки под ним, они уже были близки к цели, когда я остановила их.
-Что-то не так? - спросил Джастин, отрываясь от меня.
Мы были так чертовски близко друг к другу, я дышала его ароматом, он – моим, всё внутри меня хотело одного - чтобы мой муж как можно быстрее оказался во мне, на мне, вокруг меня, под кожей и в самом сердце.
И эта нужда - острая и почти болезненная - испугала меня. Вывернула наизнанку. Притормозила.
Именно поэтому мои пальцы сейчас до боли впились в его руки.
-Всё так, - наконец, выдохнула я и, наклонившись, уткнулась лбом в его плечо. - Я хочу поговорить. - Ткань его футболки заглушила мои слова.
-О чём?
-О чём-нибудь, - неопределённо ответила я. - Просто поговорить.
-Хорошо. - Его руки выскользнули из-под моих ладоней и моей одежды. - Хорошо.
Он аккуратно и без возражений спустил меня с комода, и мы пошли в постель.
Это была первая ночь на этой безумной неделе, когда мы не занимались любовью.
И пусть мне хотелось вовсе не разговоров, пусть я сдерживала себя… его… пусть обкрадывала нас, отказываясь от близости, но почему-то мне казалось, что нам обоим это надо. И, возможно, так будет правильнее.
Я смотрела на раскинутое платье на кровати: небесно-голубое, однотонное, с тёмно-коричневой бархатной каймой по краю и длинными рукавами, способными скрыть повязку на руке. Коричневые в тон ленте туфли на высоких каблуках стояли возле постели. Мой наряд на сегодняшний вечер. Я провела кончиками пальцев по материалу. Мягкий, лёгкий, воздушный.
Очень скромное платье, как сказала бы Айка. Закрытое, без всяких пикантных разрезов и вырезов, с широкой юбкой до колена, однако по своему привлекательное. Мужчины о таких говорят: «хочется быстрее снять, чтобы посмотреть, что же там под ним».
Я купила его вчера, отправилась в торговый центр в одиночку и побродила по магазинам. Джастин предлагал составить мне компанию, но я отказалась. Он слишком много времени проводил рядом со мной. Не то чтобы я возражала, но мне почему-то казалось, что для него противоестественно столь редко бывать на работе. Он всё больше брал документов на дом, всё чаще запирался в кабинете, но не прятался от меня. Напротив, приглашал посидеть с ним.
Так что пока он разгребал дела и что-то набирал на своём лэптопе, я буквально утопала в широком кожаном кресле в углу за чтением, порой полностью погружаясь в выдуманный мир и выпадая из реальности. Хотя иногда я отрывала взгляд от страниц и совершенно нескромно пялилась на Джастина, пока он не видел. Одно могу сказать: работал он сосредоточенно и спокойно. А я старалась не мешать, и никаких проблем не возникало. Мне не нужно было его безраздельное внимание двадцать четыре часа в сутки: он не покушался на моё личное пространство, я - на его.
Если когда-то я и представляла себе семейную жизнь - это действительно была какая-то её часть. Находиться вместе, хоть и заниматься каждый своим делом. Но так приятно просто ощущать присутствие родного человека в одной комнате с тобой, иногда обмениваться взглядами или прерываться на короткие поцелуи.
Удивительно, ещё неделю назад я понятия не имела о существовании этого мужчины, а теперь так гармонично молча сидела рядом с ним. Мне просто хорошо, если, конечно, не вспоминать, что завтра предстоит сделать выбор.
Наши отношения внезапно видоизменились, не знаю, что конкретно послужило тому причиной, но мы стали вести себя, как пара, а не как два малознакомых, но безумно жаждущих общества друг друга в постели человека.
Вчера я заснула прямо на диване, посреди просмотра одной французской комедии, которые, как оказалось, нравились Джастину. На завтрак я привыкла к свежеотжатому апельсиновому соку и воздушным булочкам из кафе по соседству. Я даже вспомнила, как сносно печь оладьи, да, Джастин и не жаловался на подгоревшие краешки. На самом деле, он мог приготовить их лучше меня. В чём я даже как-то раз убедилась на собственном опыте.
С этим мужчиной можно было обсудить любую тему: от глобальной мировой политики до уровня безграмотности в стране и теории большого взрыва.
Раньше бы я сказала: таких мужчин не бывает. Даже сейчас иногда искоса поглядывала на него и думала про себя: «Притворяется!»
Но нет, он не притворялся, не врал и не обманывал. Он просто был таким, сделанным для меня, что ли…
По какому-то молчаливому согласию мы никуда не ходили. Предпочитая проводить вечера вместе. Если честно, я всегда была домоседкой, что-то подсказывало мне, что и Джастин тоже. Он любил бывать дома, где всё организовал по собственному вкусу, и я уже начала привыкать к этой неброской роскоши, невольно забывая, что мы из разных миров.
Невозможно было не заметить, насколько сильно он привязан к своей семье. И эта любовь, и доверие были взаимны.
