Но легко представить, как воспринимал это новшество Даня. Ведь он даже учился в другом университете, так что не имел возможности видеться с другом в том объёме, как это было раньше. А особенно летом, когда они вообще ни одного дня не проводили порознь. И он не знал ещё в силу своего возраста, что нужно переждать буквально месяц, и его друган снова начнёт думать и головой тоже, и вспомнит, что на свете есть не только Настя. Эта потеря всё чаще заставляла Даню возвращаться к сообщению, пришедшему вечером первого сентября с телефона своего лучшего друга. В Юрином аппарате, сообщение отправленное самуму себе Даня заблаговременно стёр. Сделал он это по наитию, на всякий случай. Сообщение содержало видео ролик, в котором пьяная Настя сначала пьянющим голосом общается с Юрой, а потом залетает в туалет и, судя по звукам, кормит изо рта унитаз, будто голодного птенца. В итоге раздумий у Дани, как-то само собой получается смонтированный клип под названием “бешеный дамонад”. Где сначала показывается весь диалог Насти и Юры, который начинается со слов Насти: “мне дамонад”, затем, она вваливается в кабинку. Дальше фоном звучит дэд металл, и Настя повторяет: “Мне дамонад, эт так противнэ, мне дамонад, тошнэт, – звук из-за закрытой двери, – эт так противнэ, – звук из-за закрытой двери, – мне дамонад, тэкси? какие тэкси?”. И так далее. Заканчивается видео после очередного рыка стоп-кадром Юриного улыбающегося лица, в стоп-кадре, чтоб не перешло в серьёзную мину, как это было в тот вечер. Не самое обидное, что может быть запечатлено на камеру, но против девочки, студентки первого курса – отличницы, это водородная бомба.
Даню, конечно, можно понять, ведь это так непривычно делить лучшего друга ещё с кем-то. Тем более, если этот друг ассоциируется с таким подъёмом: от школьного чушка до короля крутой студенческой вечеринки. Даня знал, что всё это заслуженно, что это в школе что-то было напутано, просто его одноклассники были маленькие и глупые, когда обижали его, а в старших классах они поумнели и приняли его как равного. Но ума им не совсем хватило – какой он им равный, ведь он такой талантливый… какие делает он «видосы»! Взять даже вот этот последний: немного стёба над девчонкой лучшего друга, сделал всего-то часа за полтора. А вечеринку для первокурсников какую он замутил! И всё же, несмотря на внутреннюю уверенность в своей элитарности, Даня в глубине себя осознавал, что во многом эта уверенность питается от Юры или благодаря Юре. Это ещё более могло оправдать Данино негодование, по крайней мере, в его собственных глазах, по крайней мере, если бы он об этом задумался.
В это время Юра познавал новые ощущения. Что прекрасно замечала его мама, так как в отличие от мамы Даниила, закидывала бельё в стирку сама, а одежда сыночка стала скапливаться гораздо быстрее обычного. Да и вообще, с появлением подруги, да ещё и такой привлекательной, Марина Олеговна наконец-то заметила, что подростковая несуразность её сына улетучилась, и теперь можно было применять к нему совсем другие эпитеты. Вместо длинный – высокий, не тощий, а стройный. Лицо не нелепое, а с мужской харизмой. И как-то на ужине, когда по какой-то причине не было Насти, мама заметила отцу, кивая на сына: “А ты заметил папаша, какой у тебя сынище-то вырос? Стройный, статный. Умный, кстати!”. На что Сергей Александрович перевёл взгляд на Юру, хмыкнул и сказал: “Заметил-заметил, ещё когда красавица эта ночевать с ним трезвая осталась, заметил”. – И подмигнул смущённо улыбающемуся сыну.
