44-летний Шон сейчас сам работает психотерапевтом. Он вспоминал, как пытался исправить свою семью, но ему пришлось сдаться после того, как отец-нарцисс раз за разом отвечал ему с гневом и возмущением.
Я обязан о них заботиться
Индивидуация нередко подавляется из-за укоренившейся установки, что ребенок обязан ухаживать за родителями. Не забывайте: в нарциссической семье иерархия поставлена с ног на голову, потребности родителя всегда выше потребностей ребенка. Ребенок считает, что его задача — всегда быть рядом с родителями. Такой взгляд, очевидно, мешает ему (даже повзрослевшему) психологически отделиться от родителя.
50-летняя Энни еще в детстве поняла, что ее родители не умеют обращаться с финансами. Они работали, но тратили слишком много и зачастую не оплачивали коммунальные услуги. Как часто бывает у родителей-нарциссов, их больше беспокоило удовлетворение собственных желаний, а не забота о семье. Энни всегда боялась, что у них не хватит денег на еду или бензин для машины. В подростковом возрасте она при первой же возможности нашла работу, чтобы вносить свой вклад в семейный бюджет. Даже покинув родительский дом, она продолжала посылать родителям деньги, чтобы убедиться, что у них все в порядке.
Как мы узнаем подробнее из следующих глав, даже если мы росли, думая только о родителях, мы все равно можем научиться концентрировать внимание и любовь на себе… хотя бы для разнообразия.
У меня нет сил работать над собой
Люди, которые выросли в обстановке эмоционального и психологического насилия, часто чувствуют себя побитыми и эмоционально изнуренными. Клиенты могут говорить мне, например: «Во мне, наверное, вообще нет
39-летняя Линда пришла на терапию подавленной и измотанной. Ее воспитывали мама-нарцисс и отец-потакатель, и она усвоила от них, что ее задача — заботиться о других: сначала о родителях, потом о партнере, друзьях и даже коллегах. Когда я подала ей идею, что, может быть, стоит позаботиться и о себе, она отреагировала гневно:
