Это закончится на тебе полностью

Когда повзрослевшему ребенку из нарциссической семьи напоминает о прошлой травме какой-нибудь схожий опыт, это может послужить триггером и вызвать СПТСР-реакцию. Я называю ее коллапсом. Когда она происходит, то ощущается как кратковременная регрессия обратно к детству, когда и была пережита травма. Из-за старых воспоминаний нынешняя ситуация кажется более угрожающей, чем есть на самом деле.

Ощущение коллапса может быть очень кратким, а может продлиться несколько дней, иногда вызывая даже почти полный эмоциональный паралич. Подобный срыв, конечно, пугает, но еще он дает возможность лучше понять динамику СПТСР и начать исцеление — раз и навсегда.

Отец 47-летней Роберты был нарциссом, почти не соблюдавшим границ ни физического, ни эмоционального пространства. С его стороны не было сексуального насилия, но он делал неприличные замечания о теле Роберты, когда она была ребенком и подростком. А еще он постоянно ругал людей с большими задницами или неидеальными фигурами, и Роберта получала от него порцию критики всякий раз, когда была не в идеальной форме. Она рассказала мне, что так и не смогла до конца забыть его жестокие критические замечания.

Продолжительная детская травма, заключавшаяся в объективации и неуважении отца-нарцисса, мгновенно возвращается, когда добрый и любящий муж Роберты касается ее определенным образом. Она понимает, что ее резкий испуг — ее эмоциональный коллапс — избыточен, но страх и гнев, оставшиеся от старого травматического опыта с отцом, до сих пор никуда не делись. Сильные эмоции, которые не всегда подходят для текущей ситуации и нынешних отношений, — проявление СПТСР. Роберта знает о своей реакции, но не может регулировать эмоции, ассоциирующиеся с ней. На терапии она еще и обвиняла себя и жалела не только мужа, но и себя.

40-летний Кори рассказал о том, что его руководитель может мгновенно его «триггернуть», потому что напоминает ему мать-нарцисса.

Некоторые сочтут реакцию Кори на унизительные замечания руководителя избыточной, но она характерна для травматического коллапса. То, что Кори страдает от последствий целую неделю, злится по несколько дней, ругает себя и не может уснуть, указывает на глубинную реальность, которую он и сам отлично осознает: он рос в нарциссической семье с матерью, любившей желчную критику, и это до сих пор преследует его эмоционально.

Я часто объясняю СПТСР-триггер и следующий за ним коллапс с помощью костяшек домино, которые расставляю на столе в кабинете. Я ставлю несколько костяшек подряд, а потом предлагаю клиенту представить, что они — его нынешняя жизнь.