— … и будем трахаться, пока весь мир умирает?! Ты бессердечен!
— Разве ты сама не хочешь создать побольше жизней, чтобы заменить те, которые будут потеряны?
Она ударяет его своей свободной рукой, и от силы удара он падает на одно колено и поднимает перед собой руку.
— Отпусти меня! — кричит она.
— Отпустите леди, пусть идет, куда хочет.
В павильоне присутствуют еще двое. Тот, кто произносит эти слова — воин, священник Мадрак, который остался после того, как толпа разошлась. Рядом с ним стоит зеленый маг, известный людям под именем Брамина.
Оаким встает и смотрит на них.
— Кто вы? — спрашивает он. — Кто вы такие, что приказываете мне?
— Меня называют Мадрак, многие зовут меня Могущественным.
— Это ни о чем не говорит. Приказы не принадлежат тебе, чтобы ты мог раздавать их направо и налево. Уходи.
Он хватает Мегру за другую руку, коротко борется с ней, поднимает ее на руки.
— Я предупреждаю тебя. Отпусти леди.
С этими словами Мадрак поднимает перед собой свой посох.
— Уйди с моей дороги, Мадрак.
— Лучше я предупрежу тебя, прежде чем пояснить, что я бессмертный и что о моей силе вести разнеслись по всем мирам. Это я убил кентавра Даргота, послав его поверженного в Дом Мертвых. Песни все еще поют об этой битве, которая продолжалась день, ночь и еще один день.
Оаким опускает Мегру на ноги и освобождает ее.
— Это действительно меняет дело, бессмертный. С девушкой я разберусь через несколько минут. А теперь ответь мне, ты против могущества Дома Жизни и Дома Мертвых?
Некоторое время Мадрак жует кончик своей бороды.
— Да. А тебе-то что за дело?
— Сейчас я уничтожу тебя и твоего друга, стоящего рядом с тобой, если он тоже относится к числу двухсот восьмидесяти трех бессмертных.
Мегра уходит из павильона.
— Леди все-таки ушла от тебя, — замечает Брамин.
— Кажется. Но я сделаю так, как будто этого никогда не было.
Затем Оаким поднимает свою левую руку и приближается к Мадраку. Посох Мадрака начинает вращаться в его руке, пока он практически не перестает быть видимым, потом бьет им.
Оаким уклоняется от первого удара, но второй попадает ему в плечо. Он пытается поймать посох, но это ему не удается. Он получает еще один удар. Он пытается наброситься на Мадрака, бежит к нему, но посох уже горизонтально стоит у его груди и бьет по ней. Оаким отступает назад и начинает кружить вокруг своего противника.
— Как! Ты все еще стоишь? — спрашивает Брамин, который находится в стороне и курит.
— Я не могу упасть, — говорит Оаким.
Затем он прыгает вперед, но его атаку опять отбивают.
Мадрак начинает нападать сам, но каждый раз Оаким избегает ударов и пытается схватить посох.
В конце концов Оаким останавливается и делает несколько шагов назад.
— Хватит заниматься глупостями! Время идет, и я могу потерять девушку! Ты хорошо дерешься своей палкой, жирный Мадрак! Но сейчас это тебе не поможет.
Затем, слегка наклонив голову, Оаким исчезает с того места, где он стоял, и Мадрак лежит на земле, а его сломанный посох лежит рядом с ним.
Оаким стоит возле него с поднятой рукой.
Брамин роняет свою сигарету, и его трость подпрыгивает у него в руках, очерчивая вокруг него круг зеленого огня. Оаким поворачивается к нему лицом.
— Фуга! — говорит Брамин. — Настоящий мастер фуги! Да еще впереди идущий! Кто ты?
— Меня зовут Оаким.
— Как могло случиться, что ты знаешь точное число бессмертных, то есть двести восемьдесят три?
— Я знаю, что я знаю, и этот огонь не спасет тебя.
— Возможно, и нет, а возможно, и да, Оаким, но я не противник Дома Жизни и Дома Мертвых.
— Ты бессмертный. Одного твоего существования достаточно для того, чтобы оно выдало ложь в твоих словах.
— Я слишком нейтрален, чтобы быть противником чего-либо в принципе. Моя жизнь, однако, это совсем другое дело.
И тут его слова сверкают зеленым.
— Прежде чем ты попытаешься повернуть свою силу против меня, Оаким, знай, что ты опоздал.
Он поднимает свою трость.
— Либо собака, либо птица послали тебя и кто именно — не имеет значения…
Зеленый фонтан устремляется вверх, охватывая огнем весь павильон. Я знаю, что ты более чем предвестник чумы. Слишком ты силен, чтобы быть кем-нибудь другим, кроме посланника.
Павильон исчезает, и они оказываются на открытом воздухе, в центре ярмарки.
— Знай же, что перед тобой были и другие и что ни один из них не добился успеха…
Зеленый огонь вылетает из его трости и устремляется в небо, как ракета.
— Двое из них пали перед тем, кто приближается сейчас…
Свет наверху настойчиво пульсирует.
— Так бойся того, кто приходит в самый хаос и чья холодная металлическая рука поддерживает слабых и угнетенных.
Он появляется, скача по небу на спине огромного зверя из вороненого металла. Его восемь ног и копыт — бриллиантовые. С каждым шагом он скачет все медленнее и медленнее, пробегая все меньшее расстояние.
— Его зовут Железный Генерал, и он тоже мастер фуги, Оаким. Он спешит на мой приказ.
Оаким запрокидывает голову и смотрит на того, кто когда-то был человеком. То ли из-за волшебства Брамина, то ли веря своему предчувствию, он понимает, что за всю тысячу лет его памяти это будет первое серьезное сражение.
