— Уговорил, красноречивый. Подпишу я твою заявку.
Экран почернел, но на имплант пришло сообщение от Стаса, что сеанс продолжается. Шеф ловит момент истины. Как выражается Линда, меня на хи-хикс пробило.
— Здесь ничего бы не стояло, когда бы не было меня! — бодрым голосом напеваю я, чтоб не заржать в голос. Попутно набираю вызов Мухтару.
— Мухтар, радуйся! Верховный босс подписал твою заявку. Ускорь разметку канала и определись, наконец, с башней-водокачкой.
— А еще что сказал?
— Хвалил всех за оперативность и высокие темпы работы. Особенно, Линду. За личную храбрость и инициативность во вчерашней операции.
— Ты уже доложить успел?
— А то ж! Сам себя не похвалишь — никто не догадается.
Выключаю рацию и гашу окно связи с Землей. Итак, шеф подготовлен к восприятию отчета Линды в нужном эмоциональном ключе. Пусть пока грызет ногти от любопытства.
Как-то незаметно подкрался вечер. Вроде, ничего серьезного не делал, а устал.
Рутина затягивает.
Хозяин вернулся в свою комнату и начал с передвижки мебели. Двигал не он, а Петр с Мухтаром, но руководил сам хозяин. Ходит он еще медленно и осторожно, а правую руку носит на широкой синей перевязи.
Кровать отодвинули от стены и развернули, а на стену повесили, один над другим, два огромных экрана. Письменный стол тоже передвинули. И перед ним повесили экран. Но только один. Это нарушает гармонию, но четвертого экрана просто нет. Не сделали еще.
Из-за передвижки в один стенной шкаф теперь вообще не попасть, а рыться в другом кровать мешает. Но зато кино можно смотреть лежа на кровати. А еще на экранах есть кнопочка для переключения под мои глаза. Хозяин сказал, что теперь все экраны на нашей планете будут с такой кнопочкой.
Воришка весь день пролежал под моим тентом, в путь тронулся только по вечерней прохладе. Поэтому я к нему не полетела. А на завтрашний вечер записалась у Марты на четвертый сеанс обучения. Это очень вовремя, потому что сегодня был такой счастливый день! Марр, конечно, влюбился в Татаку. Мы весь день гуляли и резвились втроем. Потом помогали вытаскивать на солнце игрушечный домик. Он хоть и игрушечный, но вчетвером не поднять! Вытащили, присыпали песком деревянный поддон, на котором он собран, и Мухтар «сфоткал» его со всех сторон. А потом начал критиковать. Кухни нет, туалетов нет, кладовок нет. Лестница на второй этаж расположена неудачно. Лестница на крышу такая крутая, что кто-нибудь обязательно шею свернет. И никто лишний раз не полезет на крышу вечером чайку попить. В общем, непонятно, чем строители думали и чем три дня занимались. Потом отвел всех в тень пальм, усадил за столы и велел на бумаге записать все недоделки и пожелания. Дал задание бригадиру — разработать новый проект. Но сначала нарисовать планы помещений на бумаге и показать ему, а потом уже строить.
Пока они обсуждали, я украсила игрушечный дом. Разровняла вокруг него песок, проложила дорожки. И Мухтар его вновь «сфоткал».
Вечером я услышала, как строители между собой шептались. Ктарр утверждал, мол, счастье, что ошейники сняли. Иначе быть бы всем нещадно поротыми на конюшне. Им серьезное дело поручили, а они — как малые дети — в кубики решили поиграть.
А в разговоре Мухтара и хозяина я другое услышала.
— Ты думаешь, они учебный корпус изобразили? Держи карман шире! Жилой дом для себя!
— Жилой дом — это хорошо! — К моему удивлению, хозяин обрадовался. — Раз планируют жилой дом, значит, рассчитывают здесь остаться надолго. Ты проконтролируй, чтоб коммуналок не настроили.
И еще сказал, что первый блин всегда комом. Он уже своему римму доложил, что первый дом будет разобран. И рассмеялись оба.
Когда Ктарр начал осторожно расспрашивать меня, сильно ли гневается хозяин, я по секрету сказала, совсем не гневается. Заранее знал, с первого раза ничего хорошего не получится. А потом притянула его ухо и шепнула: «Помни о подвалах». Ктарр хлопнул себя рукой по лбу, горячо поблагодарил и бегом умчался в палатку строителей.
Ночь я спала вместе с хозяином в его комнате. Но Марта сказала, что главного хозяину еще нельзя… Зато ласкаться можно, а хозяину это нравится!
