Этот томительный дым полностью

уже не узнавал в ней ту Эбби, которая была с ним этой ночью. Она смотрела так, словно совершенно

ничего не чувствовала. Неужели он ошибся? Неужели эта ночь все же ничего для неё не значила?

- Мм, если это всё, что ты хотел со мной обсудить, то я пожалуй пойду, - она стала медленно отступать

назад, указывая рукой за свою спину, - у меня действительно полно дел. Я… извини.

Она резко развернулась и зашагала к выходу. А когда приблизилась к двери, то практически выбежала

на улицу. Дарен не знал, сколько по времени простоял, молча и неподвижно смотря на эту чертову

дверь, но ему показалось, что прошла целая вечность.

Эбигейл Дэвис стала той самой девушкой, которой удалось заставить такого, как он что-то

почувствовать. Спустя долгие годы, его прочный лед, наконец, дал трещину.

Но теперь он ощущал боль внутри еще сильнее. С утроенной силой.

И она безжалостно рвала его на части.

***

Выходные прошли в предрождественской суете. Точнее, суетилась в основном его сестра и тащила за

собой всех, кто попадался под руку, пока сам Дарен усиленно пытался сосредоточиться на работе.

Элейн упаковывала подарки, которые накупила в торговом центре (и да, его безумная сестрица

отказалась от помощи профессионалов, а когда Пол и Дарен спросили её почему она поступила так

безрассудно, обиделась и замолчала). Рождество много значило для неё, поэтому ни один, ни второй, не

смели более задавать ей глупых вопросов или не дай Бог и вовсе посмотреть как-то не так.

В понедельник утром, после довольно продуктивных двух дней (он имел в виду офисную работу, а не

упаковку подарков), они с Полом должны были провести отчетное собрание, на котором фактически

подводились итоги года и еще раз перепроверялись планы на будущее. Собрание было решено сделать

не в девять утра, - так как многие еще не пришли в себя после четырехдневного отдыха, - а в

одиннадцать. Это было самое позднее, на что Дарен согласился по предложению друга. Но самое

странное было то, что он вообще согласился на что-то, что предложил кто-то другой.

Невероятно.

- Я хочу, чтобы проектом «Ноттинегем» вы занялись вместе с Холли, - сказал Дарен Полу, когда все

начали расходиться, - если вдруг что-то пойдет не так я знаю, что вы всё исправите.

- А почему этот проект не берешь ты сам?

- Не могу сейчас думать о работе, – честно ответил он, понимая, что сделал это вслух. Да что с ним,черт возьми, такое? – Позвони Гранту, пусть приедет. У меня есть к нему разговор, - быстро сказал

Дарен, надеясь избежать лишних расспросов и дальнейшей беседы на тему, которую он не хотел ни

обсуждать, ни развивать.

Войдя в свой кабинет, он собирался было сесть и подумать, но дверь тут же снова отворилась и в неё

влетел самый настоящий тайфун.

- Слава Богу, ты здесь, - облегченно произнесла Холли. – Я думала, это дурацкое собрание никогда не

кончится.

- Могла бы зайти в зал, - тоном начальника сказал он, - что тебе помешало?

- Не люблю все эти «унылые лица» за столом, ты же знаешь.

То отвращение с которым она буквально выплюнула эти слова, не могло не вызвать у Дарена волну

раздражения, но он не дал ей выхода. Только тот немаловажный факт, что Магнус Тревис так много

значил для компании, давал его дочери небольшое и исключительное право не посещать собрания и не

получать за это совершенно никакой взбучки. Сделай так кто-то еще, и ему бы точно не поздоровилось.

- У тебя какое-то дело? Или пришла напомнить мне о своих фобиях?

Он услышал, как она выдохнула, а затем зашагала к его столу.

- К тебе приходила эта… ну, безвкусная секретарша, которую ты брал на работу. Не помню, как её

зовут, - брезгливо бросила Холли, кладя перед ним лист бумаги. Дарен ощутил, как его тело и мозг

отреагировали на одно лишь упоминание об Эбигейл, пусть и в той манере, которая его совершенно не

устраивала. – Элис как раз шла к тебе, чтобы отдать заявление, но я сказала, что занесу его сама, -

продолжила она, складывая руки на груди.

- Заявление? – Переспросил он, тут же хватая бумагу пальцами и опуская на неё свой взгляд.

- Да, наконец-то, - Холли с отвращением бросила ему эту «важную» информацию, а затем приподняла

свою бровь вверх. – Кстати, ты что, купил бар?

Но Дарен уже не слушал её. Его глаза бегали по строчкам на бумаге, и он был полностью поглощен их

содержимым.

Твою мать, она что, совсем обезумела?!

Его пальцы моментально сжали лист, глаза налились яростью, а на лице выступили жилки. Он весь так

и напрягся, только не знал, что злило его больше: то, что она сделала или то, какой способ для этого

избрала.

- Где она? – Прошипел он, обращаясь к Холли.

- Да откуда я знаю, куда она хо… - начала она, но Дарен уже сорвался со своего места и, резко

распахнув дверь, словно разъяренный зверь вылетел в коридор.

- Где твоя подруга?! – Он практически проорал это, заставляя Элис подпрыгнуть на стуле и от испуга

чуть не уронить все лежащие на столе папки на пол. Она непонимающе уставилась на него, при этом

сжавшись от страха.

- Ммистер Бейкерр…