— У него за последние пару месяцев была вереница неприятностей. Его выгнали из команды, лишили стипендии. Потом он расстался со своей девушкой, очевидно, по её инициативе. Когда он мне позвонил, я по голосу понял, что он был очень уязвим. Я боялся, что он сделает что-нибудь безрассудное. Вот почему я предложил ему встретиться возле книжного магазина, который работает допоздна.
— И мистер Хаузер согласился?
— Естественно. У нас были договор. Он мог звонить мне в любое время суток. У нас подобные экстренные сеансы происходили не раз.
— Но в этот вечер он не пришёл на встречу?
— Меня не удивило его опоздание. Он редко приходил вовремя. Я поставил машину вдоль дороги и какое-то время ждал.
— Опишите схему лечения?
— Это врачебная тайна.
— В общих чертах. Эта информация может пригодиться в процессе следствия.
— Он принимал низкую дозу «Риталина» для контроля импульсов. В результате приёма стероидов у него развилась агрессия. Я также выписал ему лёгкий антидепрессант и совсем безобидное снотворное. Вот и всё. Впрочем, я не могу такое утверждать. Я лишь ручаюсь за те препараты, которые прописал ему сам. Я не знаю, что ещё мистер Хаузер принимал.
— Но сегодня вечером он не был за рулём.
— Нет. С ним была молодая особа.
Дин закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Следователь взглянул на него озабоченно и подвинул к нему свой стакан с остывшим чаем.
— Вам плохо, доктор? Вот, выпейте. У меня есть пару таблеток аспирина. Может, Вас отвезти в травмпункт?
— Нет, это всё ерунда. Я пытаюсь вспомнить как всё случилось. Мой пациент был в том районе в тот вечер. Он так и не пришёл на встречу. Возможно, он передумал или забыл. Думаю, если бы он был в трезвом состоянии, он бы не оказался на пассажирском сидении.
Дин глубоко вдохнул, и у него из носа потекла кровь. Следователь поспешно протянул ему салфетку.
— Пожалуй, с Вас хватит приключений на один вечер, доктор. У меня больше нет к вам вопросов.
— Но если будут, пожалуйста, свяжитесь со мной. Я бы хотел продолжать заниматься лечением мистера Хаузера… в зависимости от его состояния, конечно, — голос его дрогнул. — Я знаю, это неблагоразумно привязываться к пациентам, проникаться к ним симпатией. Мне … пора. Я вызову такси. У меня теперь машины нет.
— Пальто тоже нет, — заметил следователь.
Дин пожал плечами со скорбной усмешкой.
— Я отдал его девчонке. Ей оно было нужнее. Спокойной ночи. Не тревожьтесь обо мне.
***
Усмешка исчезла с его лица как только он вышел на улицу. Какое-то время он стоял на морозе, проигрывая события прошедшего вечера. Ему было жутко от того, как стремительно и гладко развивался его план. Перед тем, как возвращаться в институт, он зашёл в телефонную будку и позвонил прокурору на дом.
— Джек, ты не спишь?
— Как видишь, поднял трубку.
— И то верно. Прости, мне неудобно тебя будить.
— Да ладно, я только что проснулся. До этого дрых весь ведь. Я давно так хорошо не спал. Оливия умерла утром. Я позвонил в похоронное бюро, приехал домой и тут же вырубился.
— Царствие небесное. Когда похороны?
— Послезавтра.
— Я приду, обещаю. На этот раз даю тебе слово.
— Ладно, не парься. Там и без тебя народу будет достаточно. Лучше мы с тобой после похорон вдвоём сходим в бар. Ты мне что-то хотел сообщить?
— Началось, — сказал Дин, коротко и таинственно.
— Что началось?
— Оно. То самое, что мы с тобой обсуждали. Новая глава в твоей карьере — и моей.
— Я готов, дружище. Готов работать по-человечески. Завтра зайду в офис на пару часов. Как мне надоела эта беготня в хоспис. Если бы ты знал.
— Догадываюсь.
— Сколько нервов из меня выкачала болячка жены. Эгоистичная сука дымила и дымила. Я её предупреждал. Она не спохватилась, пока не начала потеть по ночам, пока не похудела и не стала серой на лицо. А потом: «Джек, позвони пульмонологу. Джек, отвези к онкологу.»
— Успокойся, дружище. Всё позади.
— Так точно. У меня начинается новая жизнь, без походов по врачам, без кислородных баллончиков в доме.
— Джек, ты просто святой. Тебе уготовано место в раю.
— Ну это уже перебор.
— Для меня любой мужчина, который перенёс три брака, — мученик. Так или иначе, ты имеешь право отдохнуть.
— Самый лучший отдых — какой-нибудь свежий, сочный, скандальный протокол.
— Постараюсь не разочаровать тебя. Завтра тебе принесут папку с очередным делом. Малолетняя торговка наркотиками, нам обоим хорошо известная. Тебе не придётся её слишком долго терзать. Если Кахилл и Тиммони выполнят своё дело, она признает себя виновной.
========== Глава 18. Оставь всю надежду ==========
