Ева полностью

Петрович через несколько минут спал, как у себя дома. Фёдору же, напротив, не спалось. Ему тут было крайне некомфортно, хотя, как могло показаться, не было ни малейшего повода для переживаний. Так он пролежал несколько часов, пока не провалился в отвратительное состояние полудрёмы, когда организм больше не в силах бодрствовать, но и заснуть не может.

Тарас Петрович разбудил его в восемь. Он был взволнован и слегка испуган. Но пытаясь скрыть своё состояние, сухо бросил Фёдору:

– Приводи себя в порядок, времени мало.

– То есть? Мы куда-то торопимся? Ты нашёл дверь, которая откроется с минуты на минуту? – пошутил Фёдор и тут же пожалел об этом. Старик так на него посмотрел, что ему стало тревожно.

– Что случилось?

– Кажется, мы здесь не одни!

– То есть? – спросил атлет, бледнея и округляя от удивления и страха глаза.

– Я вчера взял эту странную лампу. Утром полез в рюкзак, а там её нет.

– Может, выпала где?

– Где она могла выпасть? Я тут всё осмотрел, да и помню наверняка, что вместе с образцом породы припрятал и странную лампу. Камень на месте, лампы нет.

– Петрович, может, ну его? Пошли назад?

– Я думал над этим. Слишком далеко, почти четыре тысячи шагов. Велика вероятность, что мы не найдём верёвку.

– Найдём! Я думал об этом. Надо так же идти назад, просто ведя рукой по стене. Рано или поздно мы найдём верёвку.

– Может, и так. Но я бы хотел недолго здесь осмотреться. Давай обойдём тут всё и двинемся наверх.

Они обошли все двести метров воронки, но ничего, кроме камня, не обнаружили. Петрович деловито ощупывал стенки, пытаясь найти тайные проходы и механизмы. Фёдор же чаще смотрел по сторонам и размышлял над тем, куда делась лампа. Окончив со стеной, они стали осматривать дно воронки, выискивая хоть какие-то неровности, которые могли служить скрытым тумблером, но ничего не нашли. Раздосадованный старик одним махом оторвал от стены несколько ламп и сложил их в рюкзак.

– Я всё равно не уйду отсюда с пустыми руками! – проворчал он, направляясь к подъёму.

Фёдор вздохнул с облегчением, он уже давно хотел убраться отсюда, и радостно последовал за стариком. Вскоре, держась за руки, они шли обратно, четыре тысячи шагов в абсолютной темноте. Тарас Петрович был расстроен: эта яма в его представлении была чем-то грандиозным, а на деле оказалась похожей на заброшенный гранитный карьер. Фёдор, наоборот, был полон радости, что они всё еще живы, и веры, что это опрометчивое путешествие всё ещё может кончиться удачно. И никто из них тогда не осознавал, что наверху их ожидает не пугающий, но уже привычный лес, а событие, которое навсегда изменит их жизнь, но в то же время похоронит надежду вернуться на Землю.

***

Михей, откинувшись в кресле, наблюдал за хаотичным движением ярко-оранжевых «светлячков». На этот раз они не влетали в дерево, не светились на ветвях, а довольно натурально изображали огонь в камине. Даже трещали как поленья, но совсем не давали тепла. Однако это не расстраивало капитана, так как его грел приготовленный им по рецепту Анны «кофейный» напиток.

– Что это за светлячки? – подумал Михей, и сразу вспомнил, что любая мысль в присутствии загадочной дамы слышна не хуже, чем треск «светлячков» в камине.

– Светлячки? – повторила Анна. – Это что?

– Особенные жуки, которые светятся в темноте.

– Нет, это не жуки, – ответила Анна, одарив Михея своим звонким, порхающим смехом. – Это уникальные частицы, которые были открыты много лет назад, точно и не скажу, но я тогда ещё не родилась. Судя по тому, что мы видели, вы их ещё не обнаружили.

– Откуда ты знаешь?