Ева полностью

– Нет-нет, Тарас! На этом никто никуда не ездит! Это – музейный экспонат! Дань трудам наших предков!

Старик расстроился. Во-первых, не удастся прокатиться на инопланетной электричке, а во-вторых, их развитие настолько отстаёт, что музейный экспонат видится высокотехнологичным транспортом. Впрочем, печаль прогнали мысли о том, что если они не поедут на «рельсе», то воспользуются ещё более невообразимым транспортом. Но и тут Петрович ошибся, а его раздумья прервал Фёдор, грубо пихнувший его локтем в плечо:

– Смотри! – взволнованно сказал атлет и жестом предложил старику обернуться. Тарас Петрович подчинился, но оглянувшись, не увидел ничего странного:

– Что?

– Ну как же!? – Фёдор был крайне удивлён, что проницательный старик ничего не заметил. – Мы идём всего ничего, а города позади нас не видно уже!

– Да какой город! Узкие тропинки, да ямы с чернотой! Не удивительно! – парировал Петрович, вглядываясь в тыл, как вдруг снова почувствовал резкий толчок от сопланетника.

– Смотри!

– Что на этот ра… – Петрович прервался на полуслове. Перед ними, среди безжизненной пустыни, образовался огромный город.

– Добро пожаловать в Джи-Тау! – учтиво улыбаясь, сказал Ивраоскарь. – Уверяю, вам здесь понравится!

Джи-Тау был гораздо привычнее для земных глаз. Фантастический, футуристический, но всё-таки город. В основном он был отстроен из белого камня, того, что они видели в пустыне. Обработан этот камень был сложно и идеально, он блестел и имел замысловатые геометрические очертания. Некоторые постройки были монолитными, из гигантских валунов, выделанных так, что казалось, будто это глянцевый пластик.

Всюду белый цвет разбавлялся зеленью. Любая, даже самая причудливая постройка, была усеяна деревьями, кустарниками и тем, чему на земле ещё не придумано название – растениями таких форм, что отнести их к какому-либо классу было проблематично. Одни извивались пламенем, не имея явных очертаний, другие были настолько густыми, что походили на огромные зелёные камни, покрытые мхом. Всё это, конечно, достойно длительного созерцания и восхищения, но почти мгновенно внимание гостей этого города привлёк один объект, разительно выделяющийся на фоне прочих.

Как бы это не звучало абсурдно, но на высоте около двухсот метров, в воздухе, без каких-либо опор, висело громадное дерево, причем перевёрнутое корнями вверх. На корнях расположился достаточно громоздкий пласт почвы, на котором были сооружены тонкие и высокие башенки из белого камня. В центре среди маленьких башен, стояла башня побольше, вероятно имевшая статус главенствующей. На верхушках башен наблюдались скопления, похожие на грозовые облака, внутри которых что-то хаотично двигалось.

Всюду между башнями, словно паутина, сверкали яркие голубые нити, уходящие к земле. Лишь приблизившись, путники догадались, что нити – это тропинки наверх, спиралью уходящие к башням.

– Потрясающе. А можно нам туда подняться? – спросил Петрович у Ивраоскаря.

– Мы туда и идём! Там трудится восемьсот двадцать третий Великий Правитель. Старейшее, мудрейшее, справедливейшее творение Одинокого Создателя. Он ждёт нас.

– Творение кого? – переспросил Фёдор и тут же ощутил на себе осуждающий взгляд Петровича.

– Одинокого Создателя, – повторил лингвист.

Фёдор бросил взор на Петровича и решил не увлекаться с расспросами, тем самым только раззадорив Ивраоскаря: