Когда и если ты прочтёшь это письмо, меня уже давно не будет на этом свете. Я хочу, чтоб ты знала о своём происхождении то, что мне пришлось в силу известных обстоятельств много лет скрывать. Может быть, к тому времени, когда ты вырастешь, времена изменятся и быть евреем больше не будет так опасно; впрочем, в этом я сильно сомневаюсь. Мне приходилось всю жизнь скрывать, чья я дочь и кто мои братья. Мой отец Беньямин был главным раввином Кишинёва, а моя мать Мириам, его жена, была правнучкой цадика… Мое еврейское имя – Ривка. У меня было 2 брата: Борух и Иосиф. Моя мама погибла ужасной смертью во время погрома 1903 г. Брат Борух ушёл в еврейское сопротивление, а Иосиф вместе с отцом избрали алию в Палестину. Но это я уже не застала, потому что приняла для себя решение отказаться от нашей веры и бежать как можно дальше, где меня никогда и никто не сможет найти. Я познакомилась с русским мелкопоместным дворянином Иваном Чернышовым. Он был вдовцом с шестью детьми и уже не первой молодости. Но я согласилась креститься и выйти за него, потому что кто ещё женится на выкрестке. Мой ужас был так велик, что этот брак казался мне единственным выходом из ситуации, я искала защиты. Я сменила имя на Розалию и начала новую жизнь.
Твой дед был хороший, добрый человек, но моим надеждам не суждено было оправдаться. Моего мужа и твоего деда Ивана казнила безбожная власть. И я осталась с двенадцатью детьми на руках, и из них половина были не мои. Но я всех вырастила, никто из них не умер! Так что у тебя теперь много двоюродных братьев и сестер. Ты моя любимая внучка. С детства я замечала, что у тебя есть Дар. Весь вопрос, как ты им распорядишься.
Тебе надо знать твои корни. Твое еврейское имя – Хава.
Целую тебя, храни тебя Господь.
Ева, поражённая, опустилась на пол.
Такой родной и совершенно живой голос бабушки звучал со страниц письма, будил детские воспоминания… Она думала, что годы, события и беды вытеснили его из памяти, но нет, всё как вчера. И огромная любовь наполнила Евины глаза жгучими слезами.
И одновременно головоломка в её голове сложилась. Значит, они с Сашей родственники. Ну да, его деда звали Борис. Значит – Борух. Троюродные.
Спустя минуту Еву зазнобило: она вспомнила рассказ Миши о его семье: дед Иосиф и прабабка Мириам. И сестра Иосифа – Ривка.
Какое-то время она пребывала в прострации. Потом обратилась к Богу: опять шутишь? Как-то очень захотелось понять, что́ он этим всем желает сказать, зачем свел её с троюродными братьями при таких странных обстоятельствах? По крайней мере теперь хоть становилось ясно, почему её так тянуло к этим мужчинам, и она не могла никого выбрать из них двоих. И это ощущение, что попала в водоворот, – вот оно про что.
