Понял то, что Ева, за весь путь на моих руках, только раз просыпалась. Это дергало нервные окончания. Это ведь ненормально. Я и сам видел, что с ней не все в порядке. Она другая. Сломанная. Неужели я опоздал? Что же они успели с ней сделать?
Сканирование показало сотрясение, ушибы и нервное истощение. Жаль, что я уже вырвал руки живьём тому мерзавцу, который посмел ударить Еву арматурой. В этот момент мне захотелось сделать это ещё раз с особым удовольствием. И ещё раз, и так до бесконечности.
— Капитан Ли, успокойтесь, или мне придётся вколоть вам успокоительное. Это всего лишь сотрясение, ничего серьёзного. Пару дней — и ее состояние будет в полном порядке.
Успокоительное мне нельзя. От него я проваляюсь несколько дней. Знаем. Проходили.
Аривиллион хоть и вежлив, но в своих врачебных намерениях очень кровожаден. А мне нужно управлять кораблём и связаться с отцами. Ведь заказчика на месте не было, и его нужно найти. Наказать.
Хотя, возможно, это и к лучшему, что его не было. Вряд ли я смог бы сдержаться и не убить его. А он всё-таки дракон. Они на грани вымирания. Каждая жизнь дракона на Цере ценится выше любых благ и драгоценностей. Если бы я убил его без суда и следствия, проблем было бы не избежать. А потом мы вряд ли выбрались бы живыми с Церы. Всё же мы чужая раса на чужой земле. Но я до него доберусь.
Обязательно доберусь. И он в живых уж точно не останется.
Открыв глаза, первое что осознала: я лежу в знакомой капсуле; но не сразу поняла, что здесь делаю.
В следующую минуту картинки произошедшего накатили на меня беспощадной лавиной. Висок разорвала невыносимая боль.
Запищали приборы. Металлическая рука робота, молниеносным движением скользнула мимо глаз и вонзила в мою беззащитную шею холодную иглу.
Я не успела испугаться. После я вообще реагировала на картинки воспоминаний совершенно спокойно, словно читала книгу о ком-то другом.
Какое же ядерное успокоительное у гекатонхейров! Удобно. Депрессивное состояние теперь можно вылечить одним уколом.
Мысль о слишком спокойном состоянии натолкнула меня на то, что смерть Сафира все восприняли как само собой разумеющееся. Как-то это неправильно! Я хочу беспокоиться, горевать о потере! Но эти мысли тут же ускользают от меня.
Я прикрыла глаза на секунду, но в следующий миг увидела перед собой Мириэлиана. Улыбнулась ему и тут же вспомнила о его истинной; улыбка сползла с моих губ.
— Я разорвал истинность! Хочу быть только с тобой! — проникновенно прошептал мой Мири, открывая капсулу, будто зная, о чём я только что думала.
Разорвал? Ради меня? Хотя какая разница! Мой Мири остался только моим! Улыбка вновь вернулась, а руки сами обхватили шею мужчины.
Я тут же вдохнула его неповторимый запах. Как же я по нему соскучилась.
Мириэлиан нёс меня на руках, а я таяла в его объятиях, чуть не мурлыча. Хотелось большего.
Мне хотелось доказательства того, что Мириэлиан действительно мой! Успокаивающее средство действовало на меня слишком сильно, и глаза готовились закрыться в любую минуту.
Как только я почувствовала, что тело коснулось холодной простыни, оно тут же задрожало. Дрожь напомнила мне о недавних событиях, но горячее тело накрыло меня, спасая.
— Все будет хорошо. Я с тобой. Теперь мы всегда будем вместе, — шептал Мириэлиан, улавливая любые изменения во мне и предотвращая все плохое. Я ему верила.
Поцелуи обрушились на меня, сметая любое противостояние, которого, в принципе, не было. После пережитого мне и самой хотелось быть единым с моим Мири. Я уже и не надеялась, что снова смогу его обнять и поцеловать.
После того как я узнала об истинной Мириэлиан, поняла, что жить без него больше не смогу. И пусть разум кричал, что это неправильно, ведь у меня уже есть муж, но сердце требовало этого мужчину.
Губами я коснулась знакомого флакончика с соком дерева Урус. На мгновение я засомневалась. Не хочется потом ходить в дурмане и не находить сил насытиться своей половиной.
Мою заминку Мириэлиан понял по-своему.
— Ты согласна быть со мной всю жизнь? — помрачнев, спросил любимый.
— Согласна, — быстро ответила я и перехватила флакон с соком, опрокинув его содержимое в себя, боясь, что Мири может передумать.
Все последствия от сока с безумной страстью его брата тут же вылетели из головы. Сок наполнил меня энергией, которая до этого с каждой минутой ускользала от меня все больше.
Я боялась уснуть, не успев сказать, что согласна, что сама боюсь потерять его, но слова больше не понадобились.
Моё тело охватило желание, а глаза мужчины загорелись потусторонним светом, говорящим о том, что передо мной не обычный мужчина. На скулах заиграли металлические пластинки, но тут же исчезли.
Всё никак не могу привыкнуть к боевой ипостаси гекатонхейров.
Третий брат оказался намного сдержаннее, и первое проникновение было совсем безболезненным, даже наоборот.
Поцелуи скользили по всему телу, даря больше энергии. Наверное, стоило сказать, что не стоит смешивать два в одном, это я об успокоительном и соке дерева Урус.
