Я с изумлением разглядывала свою собеседницу, чем-то напоминавшую породистую скаковую лошадь, – ее длинные тонкие руки и ноги, изящные пальцы, потрясающе выразительные глаза, классически очерченный нос и подбородок, и вдруг поняла, что когда-то уже встречалась с ней или, по крайней мере, предчувствовала ее появление в своей жизни. Она тоже внимательно посмотрела на меня, и на ее накрашенных губах мелькнула неуверенная, но еще более теплая улыбка.
– Мне кажется, я тебя где-то видела…
– Я вас вроде бы тоже.
– А ты, случайно, не та девочка, которая любила рассказывать сказки… Ева Луна?
– Да.
– Что, не узнаешь меня? Это я, Мелесио.
– Не может быть… как же это так?
– Знаешь, что такое реинкарнация? Переселение душ? Это когда словно рождаешься заново. Так что можешь считать, что моя душа просто переселилась в другое тело.
Я прикоснулась к ее изящным обнаженным рукам, потрогала браслеты на запястьях, завиток волос, чувствуя себя так, словно передо мной возник во плоти один из героев моего собственного воображения. Мелесио, Мелесио – поток теплых воспоминаний хлынул на меня из глубин подсознания; как же тогда нам было хорошо, в те далекие дни, когда я жила в доме Сеньоры. Неожиданно я увидела, как тушь на прекрасных ресницах сидевшей передо мной женщины растекается: по ее щекам поползли слезы. Я непроизвольно подалась вперед и обняла ее – сначала робко, а затем уже не сдерживая вспыхнувшей радости, Мелесио, Ева, Мелесио…
– Не называй меня так, теперь меня зовут Мими.
– А что, мне нравится, тебе идет.
– Как же мы обе изменились! Не смотри ты на меня так, я не педик какой-нибудь, я транссексуал.
– Транс кто?
– Ты же знаешь, что я родилась мужчиной по ошибке природы, теперь эта ошибка исправлена, и я стала женщиной.
– Как же это тебе удалось?
– Это было очень тяжело. И к тому же больно. Я всегда понимала, что родилась не такой, как другие, но, лишь когда попала в тюрьму, поняла, что придется поправить природу, пусть даже для этого потребуется вывернуть ей руки. Слушай, а ведь это просто чудо… ну, что мы с тобой встретились именно в церкви. Я, по-моему, лет двадцать в церковь не заглядывала, – со смехом сказала Мими, вытирая слезы.
