Подкрадываться к стаду было куда теплее, чем таиться в засаде — движение согревало — так что, когда до ближайшей козы оставалось семнадцать-восемнадцать шагов, рука не подвела юношу. Стремительно вскочив с земли, Урс с такой силой метнул копьё в стоящее боком животное, что раненая коза упала, не пробежав и десяти шагов. Подскочив к ней с кремнёвым ножом, юноша-Леопард обнаружил, что животное мертво — тяжёлое, рассчитанное на львов, зебр, кабанов копьё насквозь пронзило козу.
Сняв шкуру, Урс подумал, что Пчёлка наверняка не похвалит его за это, на её взгляд, не вынужденное убийство, но тут же нашёл себе оправдание: да, сестричке-то хорошо сидеть у огня в сухой пещере — а ему? С утра до вечера мёрзнуть под дождём, разгадывая козьи загадки? Нет, что бы ни сказала Мара — ему необходима тёплая, непромокаемая одежда…
— А я тебе говорю, Гева, победил Гирх!
— Что?! Да твоего Гирха унесли как мёртвого! Ты бы, Тира, лучше молилась богине-матери Ие, чтобы душа Гирха не осталась навсегда на Нижних Пастбищах! Ведь Клик так врезал по его пустой башке, что Гирх упал как подкошенный!
— Подло ударил! Нечестно! Все видели, что Гирх ждал удара слева, а Крысёныш Клик подло ударил справа!
— Ага! Клик должен был спросить у твоего недоумка Гирха, куда и как его надо ударить! Нет уж, Тирочка, бой — это не испытание перед поединком! В бою нет запрещённых ударов! Куда получится — туда и бьют! И вообще — не называй моего Клика Крысёнышем! А то я тебе оторву оба уха! Откушу нос и выцарапаю зенки!
— Ты — мне?! Ха-ха-ха!
Крупная Тира недооценила вспыльчивость и отвагу своей худенькой оппонентке — молнией налетев на хулительницу Клика, Гева вцепилась ей в волосы. Это послужило сигналом к началу общей девчоночьей драки. Во время поединка вынужденные таиться по кустам, после окончания боя «болельщицы» Клика и Гирха наконец-то получили возможность выплеснуть свои эмоции — визг, вопли, брань, проклятия огласили поляну. По счастью, энтузиазм девчонок не соответствовал их силе и ловкости — «великое побоище» обошлось без членовредительств. Его участницы отделались синяками, царапинами да немногими вырванными волосинками.
Шаман Огр жалел жестоко избитого Клика, однако, вопреки жалости, старик-Олень был доволен тем, что у его избранника сломана ключица — герой, понимаешь, выискался! Победитель пустоголового силача Гирха! Которого сколько ни бей по дурной башке — глупее не сделаешь! Ведь стоило этому крепышу чуть отлежаться — с прежней самоуверенностью понёс прежнюю чушь. Мол, Гага-Гиена сказал, что Клик трус и ябеда — как же! Гага, видите ли, сказал! А сам этот здоровый оболтус сообразил, что юноша-Копьё не трус, только получив от Клика палкой по голове?! Но, в таком случае… может, и к лучшему? Ведь подобные Гирху самоуверенные драчуны начинают хоть что-то понимать, только будучи крепко битыми. К лучшему-то оно к лучшему, но… если бы Гирха побил Урс — другое дело! Юноша-Леопард прирождённый воин, и кому, как не ему, ставить на место зарвавшихся забияк! Да, но где сейчас Урс? И когда он вернётся? Так что после гнусного нападения четырёх старших мальчишек Клик просто не мог не вызвать на поединок Гирха! Иначе на всё время обучения сделался бы предметом насмешек и унижений зарвавшихся юнцов! Нет, Де-Рад побери, хорошо, что Клик не просто вызвал на поединок, но и как следует вздул этого здоровенного недотёпу! И… хорошо, что получил перелом ключицы! А то ведь — действительно! Мог возомнить себя великим воином! И начать ввязываться в неспровоцированные драки! Что, при его Мане, было бы непростительным преступлением против людей-Ящериц. И — не только. Вообще — против всей природы: против Нижнего, Среднего и Высшего Миров! Ведь бесшабашными драчунами и забияками родятся тысячи! А мудрыми шаманами — единицы!
Несмотря на искусно наложенные лубки, сломанная ключица болела, но счастливый Клик почти не чувствовал боли — да! Слава доброй богине Ие, он победил! Не просто не опозорился в бою против куда более сильного противника, но — победил! И не важно, что синяков, рассечений, ран у него больше, чем у Гирха — последний удар остался за ним! Он никогда не забудет, как, направленная явно не рукой, а Маной, его палка ударила по виску противника — крак! Силач Гирх трупом падает на поляну! А ведь будь у них палки в три пальца толщиной, как хотел Гага-Гиена, Гирх, пожалуй, навсегда переселился бы на Нижние Пастбища… что же? Гага рассчитывал на смертельный исход поединка? Конечно! Правда, шаман-Гиена надеялся, что не он убьёт Гирха, а Гирх его… слава варану-предку — никто никого не убил! Пусть жестокосердный Гага лопается от злости, а они с Гирхом — оба живёхоньки!
