— Не ты ли сам говорил мне недавно, что следует проливать кровь малую, дабы избегнуть большой?! Минимальное воздействие, верно? Вот это и есть наш метод. На сломе времен, в конце Великой войны, по Европе шатается призрак, — отражение рассмеялось, — «призрак революции», Ники. Нам мало удержать власть в России, нам нужно сломить идею! Иного способа привить ненависть к либерализму и большевизму, к демократам и к революции, кроме убийства Семьи я не вижу, кроме убийства Семьи. И ты напрасно напрасно столь взволнован. Совершенное с Аликс, детьми и наследником — почти идеальный ход. Кроме патриотического подъема и ненависти к оппозиции, мы убиваем множество зайцев одновременно. Жены-немки более нет у царя, и людям не за что обвинять его в пангерманизме. Нет и Наследника, значит, страна должна сплотиться вокруг единственного легитимного символа — лично тебя!. А, кроме того, зачем нужны тебе чужие жена и семья?! Ведь с ними ты почти не знаком! Найди себе молодую фрейлину, а лучше двух или трех —, Николай еще достаточно молод и если корректировка удастся, я обещаю, оставлю тебя на троне, повеселишься!
При последних словах, отражение гадко осклабилось, а я, д.
ёДернув кистью, не целясь и даже не думая, я выстрелил из нагана!
Осколки стекла осыпались вниз, но я не опускал пистолеторужие. Пальцы ног от кусочков зеркала спасли армейские сапоги, но лицо, посеченное мелкими стеклянными иглами, покрылось каплями крови. Я всадил в отражение все обойму, вернее, весь барабан револьвера, и продолжал еще щелкать, когда пуль патронов уже не осталось.
Палил я не целясь, однако чувствовал — пули легли в лицо, в центр лба, в раскрытый безумный рот, в глаза, слишком уж хорошо я знал эти знакомые всему миру черты. Черты царя, мои и … хронокорректора по имени Каин.
Выбив замок, охрана ввалилась в дверь. Устало, я махнул им рукой. Поймут — в. Все видели груз в машинах. Через мгновение смущенные бойцы исчезли, и я вновь остался в комнате один, — сам с собою наедине.
Что только что произошло, спросил себя я? Символический выстрел в собственное отражение? И только? Выстрелив в зеркало, я выстрелил в Каина, прервав наш разговор. В наказание меня вполне могли уничтожить — стереть матрицу из головы царя Николая. Но мне было наплевать.
Вопрос сейчас состоял лишь в одном: докладывает ли программа-детектор Каина о перемещении моей матрицы между телами? Заметил ли Каин, что именно произошло с Николаем после обнаружения им трупов в грузовике? Ответить точно было невозможно, ведь я понятия не имел об устройстве «сигнализации». То, что Каин ничего не сказал по поводу прыжка в Воейкова, не значило ничего.
Как бы там ни было, после некоторых размышлений, я пришел к единственному достойному человека выводу.:
Над миром многоголовым чудовищем, по-прежнему гремела Великая бойня и миллионы человеческих жизней, — русских, немецких, французских, — сгорали на ней каждый день, как в огнедышащей топке парового локомотива. Еще одна жизнь — моя, — на фоне чудовищного, апокалиптического истребления человеков не значила ничего. Все смертны, и если Каин придет за моей душой, я не стану молить о пощаде.
Важнейшим было другое. Как бы ние развернулись события в будущем, как бы ни сложилась собственная судьба, я, Ники, помощник хронокорректора НикиКаина, был обязан покончить с этой войной!
«Он не был великим полководцем и великим монархом. Но был верным, простым человеком, опиравшимся в своей жизни на веру в Бога».
Говорят, тайские танцовщицы перед выходом, облачаются в роскошныеое платьяе из которыхого достаточно вытащить одну нить, чтобы онио рассыпалиось на пол, кускамиом воздушного шелка. Государства Великой войны напоминали мне сейчас нечто подобное по своей конструкции.
Историки утверждают, что одна личность ничтожна с точки зрения глобальной истории, — и слишком мала, чтобы заставить меняться гигантское человечество. Однако никто не оспорит другое: платье тайской танцовщицы рассыпается, если выдернуть одну нить. Влияет ли ничтожность единственной нити на процесс такого распада?
