Только к середине войны летчиков стали вооружать пистолетами и карабинами, а основной задачей воздушного боя стал рассматриватьсяо удачныйо подлёететь к противнику при котороми, опять-таки изголяясь в мастерстве, требовалось одновременно управлятья самолетом, совершая маневры, и стрелятья на вскидку из револьвера, чтобы застрелить вражеского пилота. При подобных официальных рекомендациях Вследствие подобных приемов организованныеого воздушныеого бои, я не существовало, схватки эскадрилий и воздушных флотов были попросту нереальны. Всякое столкновение в воздухе распадалось на множество затяжных индивидуальных схваток, в которых, в ходе долгого маневрирования пилоты разыгрывали из себя дешёвых ковбоев.
Установить на летательныех аппаратыах пулеметы додумались только в 1915 м году. Строго говоря, идея опять-таки принадлежала русским. Проанализировав результаты маневров войсковой авиации Киевского военного округа, пилоты Петр Нестеров и Владимир Гартман настоятельно указывали на необходимость вооружения аэропланов пулеметами. Додуматься- то в России додумались, однако первыми применили опять не мы. В том же 1915 году французский летчик Ролан Гарро впервые в истории поставил на своем истребителе первый пулемет (банальный пехотный парабеллум) и стал одерживать победу за победой. Пулемет у Гарро имел приспособление, позволявшее стрелять через винт, — простейший синхронизатор. Сразу после этого «открытия», являвшегося на самом деле очевидным, синхронизаторы запустили в массовое производство. К 1916 году авиация всех воюющих стран имела истребители со встроенным бортовым оружием. Но ведь на это понадобилось два года и смертиь огромного количествасмерти многих летчиков, гибель гигантского большого количества самолетов!
Все эти факты внушали в меня уверенность: для решительного технического преобразования армии любой из воюющих держав, мне не были нужны конструкции и технологии будущего, содержащиеся в «энциклопедии Каина» и отсутствующие «в моей». Новаторские идеи, которые станут основой будущей Второй Мировой уже были изобретены здесь. И если бы Каин дал мне просто пару лет форы, ситуацию с танками, авиацией, подводным флотом, ракетным вооружением и прочими чудовищными открытиями надвигавшегося «века мировых войн» я мог бы решительно изменить, — без подсказок, используя только местных конструкторов. Техническое превосходство союзников над Германией не зависело от ноу-хау и чертежей. Любой дворникчеловек, взятый из конца двадцатого века и хоть немного чуть-чуть разбирающийся в истории военной техники, оказавшись в теле царя Николая, кайзера Вилли или австрийского императора, смог бы все тут перевернуть.!
Проблемы заключалась в другом — у меня не было этаой фора отсутствовалаы.
Огромная страна досталась мне не только без времени, но и без сил. Экономика коррозирует от войны — факт давнишний, известный. Все страны, участницы мирового конфликта готовились к войне скоротечной и даже в мыслях не допускали, что схватка продлится долгих четыре года. Россия в этом смысле оказалась подготовлена едва ли не хуже всех.
Как показывали доклады министров, ко времени моего появления финансы Империи находились в полнейшем расстройстве. Стране, очень тесно связанной до войны именно с державами центрального блока, не хватало самого необходимого. Лучшие русские инженеры, в том числе создатель первого в мире автомата Федоров и многие подобные ему не признанные изобретатели, в первые месяцы войны посылались изс КБ на фронт, где половину гениальных мозгов успешно повыбивало.
В области производства вооружений ситуацияи вообще оказалась аховая. Казалось бы, за годы правления Николая промышленное развитие России сделало значительный шаг вперед. Даже по данным немецких исследователей того времени, объем промышленного производства России за предвоенные годы увеличился в 10,5 раз, в то время как в Германии — только в 6 раз, во Франции — в 3 раза, а в Англии — в 2,5 раза. Страна действительно совершила рывок. Но тоы был рывок
