От недостатка пищи тело становится вялым и уже не может исполнять потребные для духовной жизни служения. А от изобилия пищи оно изнывает, и в душу проникают уныние и расслабленность. Отцы не считали, что всем подходит питание сырыми овощами, но только здоровым людям, но не больным. И не всем подходит питание вареными бобами без масла, не все могут пробавляться сухарями: больные не могут, но только здоровые. Один съест два фунта хлеба, но останется голоден. А другому, для того чтобы быть сытым, достаточно одного фунта или даже шести унций хлеба. Как было сказано, отцы передали всем единое понятие о воздержании — сдерживать ненасытное чрево и не увлекаться услаждением гортани. Не только различие яств, но и их множество может распалить в душе огненные стрелы блуда. Когда желудок наполнен пищей, в нем зарождаются семена безудержного мотовства. Не только винный хмель может опьянить ум, но и обилие воды и избыток вообще всякой пищи: многая пища усыпляет и укачивает ум. Жители Содома погибли, когда еще не было ни вина, ни разнообразия яств. Их, по слову Пророка (Иез 16, 49), уничтожило обилие хлеба.
Немощь тела не повредит чистоте сердца, если мы будем давать телу все, что требует наша немощь, а не то, к чему взывает наслаждение. Питание предназначено для того, чтобы поддерживать в нас жизнь, а не для того, чтобы потакать сладострастным порывам. Умеренное, а не безотчетное принятие пищи делает тело здоровым, но не лишает его святости. Вот какое понятие о воздержании передали нам отцы: если ты ешь, то не должен выбирать, что вкусно, и не нужно никогда есть досыта. Апостол сказал, что забота о плоти не должна перейти в удовольствие (Рим 17, 14). Он не отрицал необходимого распорядка жизни, но запретил погружаться в наслаждение пищей.
Как — то принесли пожертвования на гору аввы Антония, и там среди прочих вещей оказался сосуд с вином. Один из старцев взял этот небольшой сосуд и чашку и отнес вино авве Сисою и предложил ему. Они сначала выпили по чашке, потом по второй. Старец предложил авве Сисою и третью, но тот не принял ее, сказав: «Хватит, брат, или не знаешь, что существует сатана?»
2. Помрачение души происходит от неупорядоченного образа жизни, а мера и своевременность образа жизни просвещают разум и гонят прочь смятение страстей. Смятение в разуме и бесчиния привносят в душу помрачение или смешивают чистоту с мятежностью. А от чина происходит мир, от мира рождается в душе свет, а от света окна разума открываются навстречу чистейшему ветру. В той мере, в которой сердце приближается к премудрости, оно восприимчиво к благодати Божией.
Если ты пожелаешь приблизиться к Богу в своем сердце, прежде всего покажи свое стремление в телесной области: в ограничении себя самым необходимым, в принятии только одного вида пищи и только в урочные часы, а также и в других подвигах и злостраданиях тела, совершающимся с рассуждением и по чину. Тогда и Господь положит основание твоего совершенства, как Сам Он начал со страданий в пустыне (Мф.4). Так ты поднимешься к большему и совершенному и умом при содействии благодати приблизишься к Богу.
3. Великая сила в умеренном постоянном образе жизни Она ломает даже самый твердый камень. Не думай, брат что внутренним помыслам можно помешать иначе, кроме как правильным и чинным управлением своим телом.
Старец сказал: «Если помысел говорит тебе на праздник приготовить различные яства, не слушай его, ибо тогда ты будешь праздновать по — иудейски. Это они так празднуют. А для монаха добрая пища — скорбь и слезы».
2. Об авве Елладии говорили, что ел он только хлеб с солью. Когда наступили дни Пасхи, он сказал: «Братья теперь едят только хлеб да соль, и мне хорошо бы немного потрудиться ради Пасхи. Раз в другие дни я ем сидя, теперь ради Пасхи совершу труд: буду есть стоя». Так он отмечал каждую Пасху.
3. Кто — то из отцов сказал: «Я знал брата в Келлиях, который ничего не ел всю Страстную неделю. После Пасхальной службы он убегал, чтобы не есть в церкви. Он подогревал себе немного свеклы и ел ее без хлеба.
4. Сказал старец: «Словами святых мы будем наслаждаться, повествованиями святых отцов мы будем праздновать. Тогда мы не будем давать услады чреву, но радоваться и ликовать духовно».
5. Авва Павел Каппадокийский рассказывал нам: «Во время нашествия и опустошения (Византии) персами мы бежали из монастыря кто куда. Я оказался в Константинополе и увидел корабль в гавани, готовый отплыть в Александрию. Заплатив за проезд, я сел на него, и через несколько дней мы прибыли в Александрию. Там я встретил монахов с Нитрийской горы и присоединился к ним. Когда мы прибыли на гору, я поселился у одного старца. У него я провел год и три месяца, а затем отправился к настоятелю этого горного монастыря и сказал ему:
