Брат, когда ты ешь на трапезе вместе с братьями, если ты младше их, не говори себе: «Какая хорошая трапеза», но вспомни о своих грехах, чтобы не есть с удовольствием. Протягивай свою руку, только если тебе предлагают еду. Если что — то стоит напротив другого сотрапезника, не протягивай руку. Пусть твоя одежда закрывает тебе ноги, а колени твои будут сведены вместе. Когда ты ешь, не поднимай глаз на соседа, не смотри по сторонам и не говори ни слова без великой необходимости. Не протягивай руки к тому, что тебе нужно, не сказав прежде «Благословите!» Когда пьешь воду, не нужно пить залпом, как делают мирские люди. Когда трапеза закончится и братья начнут выходить из — за стола, выходи и ты, ни с кем не садись беседовать, даже о слове Божием, но иди в келью и оплакивай свои грехи.
Если ты зашел к брату в монастырь, то все приятные яства, которые там будут, да не станут насыщением твоим устам. Когда ты сидишь вместе с братьями, если у тебя запершит в горле, не откашливайся, но встань, отвернись и тогда только прочищай горло. Не потягивайся, когда на тебя смотрят. Если нападет на тебя зевота, не открывай рот, и желание зевать исчезнет. Никогда громко не смейся, это признак отсутствия страха Божия.
Если вы едите что — то на трапезе, а кто — то этой еды не хочет, он не должен говорить: «Я не могу этого есть», но принуждать себя до смерти, и Бог тебе подаст покой. Если брат что — то приготовил на огне неудачно, не говори: «Ты не умеешь готовить». Такие слова — смерть твоей душе. Сам себя испытай: ведь если бы ты это услышал, то наверняка огорчился бы, и обретешь покой.
Нужно есть и пить все, что тебе приготовили и поставили, и воздать благодарность Богу. Это вовсе не противоречит правилу духовного ведения, ибо все «хорошо весьма». А с удовольствием отказываться от приятных яств — это и весьма рассудительно и исполнено духовного ведения. Ведь мы не могли бы с удовольствием презреть то, что доставляет удовольствия, если бы не вкусили сладости Божией во всяком своем чувстве и извещении.
В восточных общежительных монастырях во время трапезы совершается чтение. Это, насколько мы знаем, пришло не из Египетского, но из Каппадокийского устава. Каппадокийцы совершают чтение не столько ради духовного упражнения слушателей, сколько ради безмолвия: чтобы во время трапезы не велось бесед. У египтян, особенно у тавеннцев, такое молчание хранят все сидящие за трапезой, — а их огромное число сошедшихся вместе в урочный час, и такого молчания, пожалуй, нигде даже представить нельзя. Никто в присутствии председателя трапезы не смеет даже икнуть, а если кому — то что — то нужно, он указывает на это стуком, а не голосом. Куколи они надвигают прямо на глаза, чтобы не блуждать взглядом и не рассматривать друг друга с любопытством, а внимать только трапезе и воздавать благодарение Богу, подающему людям питание. Тавеннцы тщательно следят, чтобы никто ничего не вкушал вне трапезы.
Отцы рассказывали: однажды, когда братья ели на трапезе любви, один из них рассмеялся прямо за столом. Увидев это, авва Иоанн заплакал, сказав сквозь слезы: «Что же у брата сего в сердце, если он рассмеялся? Ведь он должен скорее плакать, ибо вкушает саму любовь!»
2. Один старец заболел, и так как он много дней не мог ничего есть, ученик попросил разрешения приготовить ему немного похлебки. Приготовив ее, принес старцу. На кухне висел сосуд, в котором было немного меда, а рядом другой сосуд, в котором было немного льняного масла, но масло это уже испортилось, долго оставаясь без употребления, и годилось теперь разве что для светильника. По ошибке брат положил это масло вместо меда в пищу старцу. Старец съел похлебку, не произнеся ни слова.
Ученик принес такую еду и в другой раз, и старцу пришлось съесть и ее. И в третий раз ученик подал старцу то же самое, но старец отказался. Он сказал:
— Я и вправду не в силах есть это, чадо.
А ученик, воодушевляя его, сказал:
— Это хорошая еда, отче, давай и я поем с тобой.
Едва пригубив кушанье, ученик понял, что наделал. Тогда, пав на землю, он стал причитать:
— Горе мне, отче, я тебя убил, а ты меня ввел в грех своим молчанием.
Старец ответил:
— Чадо, не печалься. Если бы Бог хотел, чтобы я ел мед, ты бы положил в похлебку мед.
3. Сказал старец:
— Когда садишься есть, побеждай беса чревоугодия тем, что откладываешь еду на потом. Потерпи и скажи себе: «Подожди, ты еще не голоден». И ешь медленно и чинно. Чем больше он на тебя наседает, тем меньше и медленнее ешь. Бес к тому и принуждает человека, чтобы он съел все разом.
