Все это я рассказал не для того, чтобы затянуть беседу, но потому что знаю: язык у многих острее обоюдоострого меча на то, чтобы осуждать чужие дела. Они видят в человеке много хорошего. Но стоит им заметить в нем малейший недостаток, который он допускает в своем поведении, (ибо кто может быть непогрешим, кроме одного Бога?), как они сразу забывают и не считаются ни с какими твоими подвигами и только разносят слухи и судачат об этом ничтожном недостатке. Таких людей настигнет возмездие от Бога, потому что не только самим себе, но и другим они несут духовный вред и погибель.
Не следует переживать, ни изумляться, ни сомневаться, но только помнить, что Бог Отец никого не судит, а весь суд передал Сыну. Сын же Его призывает нас:
Рядом со старцем жил монах, небрежный в монашеской жизни. Когда он умирал, к нему пришли несколько братьев. Вдруг старец увидел, как душа брата весело и легко покидает тело, и чтобы укрепить братьев, он сказал:
— Знаешь, брат, мы все знали, что ты не был замечен в усердном подвижничестве. Почему же ты так бодро направляешься на небо?
— Поверь, отче, — ответил умирающий, — ты сказал истину. Но с тех пор, как я стал монахом, то не знаю, чтобы я осудил кого — либо, (а если и допускал чего — нибудь), то мирился с человеком в тот же день. И хочу сказать Богу: «Ты говорил, Господи:
— Мир тебе, чадо, — воскликнул старец, — ибо ты спасся без тяжких трудов.
2. Когда авва Агафон видел какой — нибудь случай или чью — либо ошибку, и помысел подсказывал ему осудить этого человека, то он говорил себе: «Агафон, будь осторожен, как бы тебе и самому не натворить того же». И помысел сразу же замолкал.
3. Однажды авва Антоний пророчески сказал авве Аммону:
— Ты преуспеешь в страхе Божием, — потом вывел его из кельи, показал камень и сказал, — Обругай его и ударь.
Авва Аммон так и сделал. Авва Антоний сказал:
— Так и ты тоже достигнешь этой меры.
Так и произошло. Авва Аммон достиг столь великого незлобия и благости, что даже не представлял, что такое зло. Когда он стал епископом, к нему привели деву, соблазненную и понесшую в чреве, и самого соблазнителя и сказали:
— Наложи на них епитимию.
Епископ перекрестил чрево женщины и велел выдать ей шесть связок чистых пелен.
— Может так случиться, — заметил он, — что при родах умрет она или ребенок, и тогда придется обмотать тело пеленами.
Стоявшие за спиной женщины, видя, что происходит, сказали авве Аммону:
— Что ты делаешь? Наложи епитимью!
— Видите, братья, — сказал он, — я уже на пороге смерти. Зачем мне это делать?
С этими словами он отпустил беременную и не осудил ее.
4. Как — то в обед он пришел в обитель, где жил брат, прослывший блудником. Случилось так, что женщина, из — за которой страдал брат, как раз находилась у него в келье. Братья заметили, как она зашла к блуднику, и решили все вместе придти к нему и выгнать грешника вон. Епископ из разговоров узнал об их затеи, подошел к ним и попросил разрешить ему пойти вместе с ними, чтобы обличить брата, и тогда тот сразу уйдет из обители. Но брат увидел, что к нему идут, и успел спрятать женщину в большую бочку, поставив ее к верху дном. Авва Аммон догадался об этом, первым вошел в келью, сел на бочку и велел обыскать все кругом. Братья все тщательно обыскали, но женщины не обнаружили. Тогда авва Аммон сказал:
— Бог да простит вас, — и, помолившись, благословил всех в обратный путь. Взяв брата за руку, добавил, — А ты будь к себе внимательным, брат.
Он попрощался и ушел.
5. Священник исключил согрешившего монаха из братства. Авва Виссарион подошел к священнику вместе с провинившимся и сказал:
— Я тоже грешник.
6. Авва Исайя сказал: «Если придет помысел осудить ближнего за какой — нибудь грех, сначала подумай о том, что ты грешнее его и что дела, которые ты считаешь добрыми, вряд ли непременно угодят и Богу. Тогда ты больше не дерзнешь осуждать ближнего».
7. Он же сказал: «Не судить и не унижать ближнего — это путь к успокоению совести».
8. Старец увидел брата, оставшегося наедине с другим, не обличил его, подумав про себя: «Если сотворивший их Бог видит и не сжигает их, то кто я такой, чтобы обличать их».
9. Как — то авва Исаак Фивейский пришел в общежительный монастырь, увидел брата, творившего всякие грехи, и осудил его. Когда он вернулся в пустыню, ему явился ангел Господень, встал пред дверями его кельи и сказал:
— Я тебя не пущу в келью.
Авва стал умолять его.
— Что случилось? — спросил он.
