3. Будем избегать дерзости и смеха, ибо они разрушают душу монаха. Поэтому Писание говорит:
Беззаконники насмехаются над тем, кто искренне кается, но их насмешки — признак того, что он угодил Богу.
Авва Иоанн Колов сказал ученику: «Чадо! Почтим Единого и все почтят нас. А если мы презрим Единого, Который есть Бог, то будут презирать нас все, и мы отправимся в погибель»
2. Авва Матой сказал об авве Тифое, что ни один человек не смог вступить в спор с ним ни по какому вопросу. Авва Тифой был как точные весы, на которых взвешивают золото.
Как блаженная Синклитикия говорила пришедшим к ней, мы поистине удостоимся великих благ, если будем переносить, взыскуя испытанного серебра заповедей, такие великие труды, какие претерпевают, хотя и без всякого смысла, миряне, которые гонятся за вещами суетного мира.
Они терпят и кораблекрушения, и выносят длительные испытания, и попадают в плен к пиратам. Говоря кратко, они подвергают себя мириадам страшных опасностей, и даже часто получая выгоду, выставляют себя бедняками, опасаясь завистников, и скрывают свой доход.
Поэтому и мы не дерзнем говорить о тех незначительных опасностях, в которые попадаем. Тогда мы получим истинную выгоду. Если нам и придется немного потерпеть, будем думать о том благе, которое мы из этого извлекаем. Но да не возвеличим себя и не станем показывать наше благо людям, еще и преувеличивая свои страдания. Ибо тогда нашим воображением мы растеряем все, что собрали.
Миряне, даже если они много скопили, стремятся получить еще больше. Мы же скопили крайне мало и собираемся довольствоваться этим как чем — то великим! Неужели у нас нет похвального желания поработать еще немного и совершить нечто большее?
Нужно всегда,
Кто рассказывает людям о своих достижениях, пусть не скрывает и грехи. А если он умалчивает свои пороки, чтобы не услышать порицаний, то пусть тогда поостережется рассказывать и о своих успехах, потому что молва о его грехах все равно разнесется раньше всего.
А кто дружит с добродетелью, тот рассказывает и о своих самых малых пороках, подчас даже преувеличивает их и добавляет, чего не было, лишь бы не допустить людских похвал, а свои свершения скрывает — он крепко хранит свою душу. А если кто — нибудь откроет, и его начнут хвалить за это, то все его потраченные усилия пропадут даром.
Как тает воск от огня, так душа расслабляется от похвал и теряет весь свой высокий настрой.
Если мы живем в киновии, то поставим послушание превыше подвига. Ибо подвиг может научить нас превозношению, а послушание обязательно даст нам смиренномудрие.
Как — то сидел в церкви авва Иоанн Колов и вздыхал, не чувствуя, что кто — то стоит у него за спиной. Когда же он обернулся и увидел человека, то поклонился ему со словами: «Прости меня, авва, я человек невежественный».
2. Авва Иосиф Пилусиот рассказывал: «Когда я монашествовал на Синае, был там один брат, доблестный подвижник, благообразный видом. Он пришел в церковь на службу в одном латанном — перелатанном коротком и ветхом мафории.
Когда я увидел, что он так ходит в храм на службу, спросил:
— Брат, ты разве не видишь, что твои братья стоят в церкви, как ангелы? Почему же ты не приходишь сюда в достойном облачении?
— Прости меня, авва, — ответил он, — у меня нет другой одежды.
Я принес одежду из своей кельи и отдал ему левитон и все, что было нужно. Он стал носить одеяние, как и все остальные братья, и обрел ангельский вид.
Как — то отцам нужно было послать десять братьев к императору с какой — то просьбой. В число посланцев попал и он. Как только он об этом услышал, стал на колени перед отцами и сказал:
— Ради Бога, простите меня — я был рабом у одного придворного, и если он меня увидит, то расстрижет и заберет к себе на службу.
